Для реализации финального плана следовало максимально оперативно перебросить все имеющиеся силы, чтобы никто из Гордеевых не смогу уйти. Да, именно так! Азима замахнулась обезглавить клан Гордеевых. Смерть Ольги наносила удар не только по Гордеевым, но и по их союзникам Вяземским, которым автоматически засчитывалось поражение в поединке. А ещё группировка кланов, ведомая Ольгой и поддерживающая Еву, лишилась бы одного из своих ведущих лидеров, а значит, можно будет перейти к планомерному давлению на императрицу, дабы выбить кланам больше прав. Ярослава, тётя Ольги, несмотря на всю свою силу, всё же не обладает столь ярко выраженной харизмой, как её племянница. И Романова без своих Валькирий, в отсутствие сильной поддержки, будет вынуждена прибегнуть к очередным компромиссам. Установить, кто сотворил побоище в диких землях, будет абсолютно невозможно, и никто не сможет обвинить Кайсаровых в нарушении чести.
Кость в горле – именно так Азима могла охарактеризовать своё отношение к княгине Ольге. Несмотря на молодость, Гордеева, уже умудрилась наработать высокий авторитет и глубокое уважение. Причём даже такие вечно язвительные и ехидные персоны, как Нино Багратион, не гнушались прислушиваться к мнению Ольги. И это бесило! Неимоверно! Но на людях Азима никогда не показывала своего отношения. Зачем? Лучше направить свою ненависть в более конструктивное русло, вот как сейчас, например.
Многие понимали, что изгнание глав кланов, оказавших поддержку Регине в её притязаниях на трон империи, это всего лишь компромисс. Молодая императрица хотела показать свою силу, не прибегая к пролитию лишней крови. Но только малое число осознавало, что такое решение стало своего рода отсрочкой по дальнейшим попыткам кланов отстоять свои интересы. Ева просчиталась, думая, что пострадавшие во время переворота кланы из-за понесённой обиды тут же начнут плести свои интриги, горя желанием сжить со света всех тех, кто посмел подло напасть во время торжественного мероприятия.
Безусловно, с кем-то отношения испортились окончательно, например, с Гордеевыми или Багратион, перейдя на уровень неприкрытой вражды, но в целом, все те, кто пошёл за Ольгой и поддержал Еву, прекрасно понимали, что именно двигало восставшими, и некоторые из них, пусть и в тайне, жалели, что переворот не удался. Империя большая, и у всех значимых игроков и без того хватает забот, чтобы плодить себе новые проблемы. Перед кем-то удалось реабилитироваться и за счёт дорогого подарка восстановить нормальные отношения, ну а кто-то был просто удовлетворён наказанием в виде изгнания и после принесения ему извинений продолжил вести дела с молодыми наследницами, ставшими новыми главами своих кланов. А в отсутствие погибшей Елизаветы Морозовой скрытую оппозицию возглавили Великие Кайсаровы.
Разнообразные мысли безостановочно крутились в голове, что, впрочем, не мешало Азиме на автопилоте переставлять ноги. Из-за малого количества автомобилей и невозможности обеспечить перевозку одновременно всех людей, до крепости Зэра пришлось идти пешком. Правда этот фактор не имел решающего значения, и даже если бы с транспортом было всё в порядке, то двигаться ночью по данной местности на машинах само по себе весьма проблематично, но главное, что существовал риск быть преждевременно обнаруженными. Двигаясь вот так, по старинке, можно соблюсти максимальную скрытность и не спугнуть Гордеевых. Ведь Ольга вполне могла приказать срочно эвакуировать собственного мужа вместе с артефактором Агнией, а эти двое, по различным причинам, были очень нужны Азиме, и бегать за этими персонажами по диким землям совершенно не хотелось.
Взглянув на идущую рядом мать, Азима в очередной раз возжелала, чтобы план сработал без сбоев, а Дамира со временем могла бы вернуться домой. Последнюю пару месяцев мать провела в Германии у Шульцев, по-прежнему помогая своей дочери в решении различных вопросов. И Азима очень надеялась, что после сегодняшних событий, пусть и не сразу, но получится отменить изгнание и вернуть её в клан. Главой Дамире уже не стать, но пост старейшины будет ждать её столь долго, сколько потребуется. И словно почувствовав, что Азима думает о ней, Дамира заговорила:
– Меня не отпускает ощущение, что мы слишком торопимся, а при таких ставках это не самый лучший метод.