– Пять минут, – раздался крик с башни, где обустроилась Роза со своим оборудованием.
«Ага. Время пришло», – мысленно прокомментировал я вопль девушки, которая свесилась через бойницу между двумя крепостными зубцами. Развернувшись в сторону оборонительного сооружения, практически бегом направился к входу в четырнадцатиметровую башню. Еще вчера утром вход в неё был засыпан различным строительным хламом, но воительницы легко расчистили небольшой завал, и теперь можно было спокойно пользоваться лестницей, ведущей на самый верх. Едва я вбежал на первый этаж, как откуда-то вынырнула Кира и молча пристроилась сзади. Ну да! Куда ж без персональной охраны? Либо она, либо Рада всегда маячили неподалёку, а то, не дай боже, светлейший князь ножку подвернёт, им же потом княгиня с ласковой улыбкой на лице голову открутит – нежно и медленно. Однако ёрничал я по старой привычке, можно сказать, на автопилоте, ибо прекрасно понимал, что без этих воительниц мне особо не разгуляться, особенно в этих печально известных местах.
Межэтажные перекрытия выдержали испытание временем, и спустя пару минут я взлетел на обзорную площадку, чтобы свободно насладиться открывшимся видом. Правда смотреть было особо не на что. Верхняя часть массивной башни имела диаметр в десять шагов и ряд почти целых каменных зубцов по всей окружности, перемежаемых бойницами. Подойдя к одной из них, узрел всё ту же картину, что и день назад. Цитадель окружали руины небольшого городка, и лишь в нескольких местах можно было увидеть парочку относительно целых зданий, чьи покосившиеся формы невольно заставляли мысленно прикидывать: «Рухнет прямо сейчас или ещё постоит»? Близость к Эфиопскому нагорью превратила окружающий рельеф в череду различных невысоких холмов, а засушливый климат не способствовал разнообразию растительного мира.
В основном присутствовали колючие кустарники и вялая пожухлая трава, которая своим видом на корню убивала желание пойти и поваляться под солнцем на этом «газоне». «А ведь там ещё гады всякие ползают, шипят и кусаются», – подумал я, вспомнив кучу змей, которых мы распугали во время планомерной расчистки крепостного двора. Развалины служили им отличным местом для гнездования, и приход людей не добавил этим тварям излишнего дружелюбия, так что пришлось огнём и мечом показать кто здесь настоящий хозяин. Само собой «коварный враг» был разбит наголову и был вынужден трусливо ретироваться восвояси. Однако полностью решить данный вопрос было не в наших силах, и некоторые представители данного вида пресмыкающихся по-прежнему иногда мелькали среди глыб.
Я нетерпеливо перевёл взгляд на Розу, ожидая, когда же она протянет мне трубку для разговора с Ольгой, но девушка медлила и только чему-то недовольно хмурилась. Солнце палило беспощадно, и я, проведя языком по пересохшим губам, вспомнил, что фляжку с водой оставил возле раскладного кресла внизу, а приступ жажды, помимо жары, явно был вызван чрезмерной дегустацией алкоголя. Хотя почему чрезмерной? Два неполных пластиковых стаканчика не могли нанести серьёзный ущерб моему, хм, богатырскому здоровью, но пить захотелось зверски.
– Есть попить? – обратился я к Кире.
Пятидесятичетырёхлетняя брюнетка – если смотреть по паспорту, но по факту, с внешностью тридцатилетней женщины, обладательницы великолепной фигуры – молча протянула мне свою флягу, из которой я и пригубил, правда, без особого удовольствия. Почему без удовольствия? Дело в том, что запас питьевой воды, взятый с собой наёмницами «Берегини», был ограничен и покрывал нужды только своего отряда. На то, что им на голову свалятся ещё тридцать человек, Анжела не рассчитывала, хотя и великодушно поделилась своими запасами. Конечно, наши МПД были полностью укомплектованы, включая особую питательную смесь, утоляющую и голод, и жажду. К тому же мы прихватили с собой десяток довольно-таки объёмных ящиков с различными продуктами, но касаемо воды особо никто не заморачивался, и только некоторые прошаренные девушки, благодаря своему опыту, прихватили пару фляг. Однако вода в них очень быстро закончилась, ибо под палящим африканским солнцем пить хотелось постоянно. Остатки были распределены среди патрульных, так как вкусовые свойства спецсмеси оставляли желать лучшего, а девушкам в дозоре и так нелегко, пусть хоть этой мелочи порадуются. Ну, а все остальные, и я в том числе, давились магической водой, хотя на язык просилось определение «мёртвая».