— Это было бы не лишним, — проворчал себе под нос мужчина. — Надо попробовать.
Рик, чей разум всегда был пытлив и открыт новым знаниям, обнаружил, что и сейчас не утратил прежнего любопытства. Впрочем, в этом они с Гором всегда были похожи. «Одно сердце на двоих»… Кто же знал, что слова эти окажутся пророческими? И женщину они выбрали одну на двоих…
— Бездна.
О Фиалке он старался сейчас не думать. Это было сложно. Новая драконья сущность приходила в ярость, требовала крушить все вокруг, чтобы выплеснуть бешенство. Но человек понимал глупость и тщетность такого порыва. Те, кто находился рядом, были не виноваты в произошедшем, и калечить их и убивать на потребу своему гневу было бессмысленной жестокостью. Если бы Тодар знал, что творится в душе господина, скрытое под маской сосредоточенности, он бы не рискнул даже подойти к нему близко. И все же дракон стал частью человека, но не наоборот, и Рик давил в себе зверя, рвавшегося наружу. Смене личины это не помогало, а бед могло принести немало. Да и светлая голова сейчас была полезней, чем одурманенная кровавым туманом злобы. Ту бурю, что бушевала в нем, аниторн готов был выплеснуть только на одно существо, и это он собирался сделать в ближайшее время.
И все же… И все же Фиалка оставалась наедине с безумцем, возжелавшим невозможного, противоестественного, отвратительного… Оглушительный рев сотряс стены древнего замка, заставив притихнуть его обитателей. Ожесточенно замотав головой, Рик выдернул себя из вязкого омута, куда пыталась утянуть его драконья часть сущности. Он взял свой меч, обычный, не несший в себе никакой магии, заткнул за пояс и за голенища кинжалы. Открыл ларец, где еще оставались подаренные когда-то жрецами сферы с Огнем, аккуратно ссыпал их в бархатный мешочек, прицепил его к поясу и покинул покои, стремительно спускаясь в замковый двор.
Его уже ждали. Маги, все десять прибывших, стояли посреди двора, на их лицах была написана мрачноватая решимость, но страха не было. Если лорды чего-то и опасались, то хорошо прятали это. Рик приблизился к своей маленькой рати, оглядел всех по очереди и коротко произнес:
— Мы обязаны выстоять. От этого зависит жизнь всего нашего мира.
— Наш господин… — начал один из лордов.
— Наше единственное истинное сокровище — это Жизнь, — холодно произнес аниторн. — Ее охраняли наши предки, и мы обязаны быть достойными их. Открыть переход к Драконьей скале.
— Там? — негромко спросил лорд Ришлей, но вопрос повис в воздухе. Все, что требовалось, Риктор Илейни уже сказал.
Тут же распахнулось окно перехода, открыв каменный склон, и… сразу же помутнело, словно зеркальная поверхность, на которую дохнули с той стороны. Скала расплылась, воздух сгустился, и портал свернулся, так и не впустив никого из одиннадцати мужчин.
— Вот ублюдок! — зарычал Рик и стиснул кулаки, усмиряя полыхнувшую огненной яростью кровь.
— Господин, — выдохнул лорд Амелти, — он закрыл переход… Ему подвластна магия!
— Однако шурин полон неожиданностей, — зло произнес аниторн.
— Драконы? — неуверенно спросил лорд Годард.
Аниторн закрыл глаза и подумал, что если сможет обернуться драконом, то ему не понадобятся ни маги, ни драконы. Как это должно было происходить? Может быть, тоже стоило просто позвать? Ничего не произошло. Человек остался человеком с драконьей яростью в кипевшей крови. Протяжно выдохнув, Рик обратил взор янтарных глаз к драконнику.
— Нет, — ответил он. — Они устали, назад могут не вернуться. И их огонь сейчас слаб, нужно набраться сил.
— Но…
— Пойду один, меня должен пропустить. Я нужен этой кровожадной твари. Думаю, и на драконах вы останетесь за пределами острова. А раз он использует свою Силу, значит, камгалы уже поднялись со дна, и летуны могут не устоять под их взглядом. Я видел, что стало с Гором, он сам летел к ним в пасть. Если драконы поддадутся, погибните и все вы. Откройте переход.
Повеление осталось без ответа. Лорды медленно окружили аниторна, их ладони накрыли рукояти мечей.
— Мы не откроем вам переход, господин.
— Это опасно.
— Жизнь — наша ценность, но вы ее главный хранитель, и лишиться вас, все равно что лишиться жизни.
— Мы разрушим то, что закрывает портал…
Кулаки аниторна стиснулись, дыхание стало тяжелым.
— Бездна, — выдохнул Рик, опуская голову. — Бездна… Прочь.
— Мой лорд…
— Прочь! — взревел лорд Илейни, распрямляясь. — Хотите жить, прочь от меня!
— Г…
Ладонь аниторна сжалась на груди одного из магов, комкая его камзол. Мужчина гулко сглотнул, глядя в нечеловеческие глаза господина, и отлетел, отброшенный его рукой, словно котенок.
— Пр-рочь, — прорычал взбешенный лорд-дракон, разворачиваясь к другому магу. — Меня не возьмет магия…
Это были его последние слова, а после человеческая речь утонула в драконьем реве. Из драконника понесся ответный рев, но ворота спешно закрыли, отсекая летунов, поддавшихся ярости аниторна. Громадные тела бились об ворота, сотрясая их, вздрагивали стены, но вырваться драконам не удавалось, и они приходили в неистовство. Все, кто был в замковом дворе, бросились врассыпную, только маги еще пытались устоять против господина.
Его амулет поглощал выплеск за выплеском, мышцы под одеждой вздулись, и та затрещала. Казалось, аниторн даже стал выше ростом и шире в плечах. Но так ли это, уточнять никому не хотелось. На него попытались наброситься скопом, но Риктор легко освободился, разбрасывая лордов по сторонам. Он почти утратил ясность мысли, поддаваясь слепой звериной ярости, и теперь помнил лишь об одном, что его избранница в опасности, и он должен найти ее, забрать, спрятать, защитить…
— А-а-а! — надрывный крик разорвал легкие, взметнулся под небеса и затих далеким эхом. — Я ч-щеловек, — прошипел Рик, падая на колени и хватаясь за голову. — Ч-щеловек.
Маги замерли, испытывая благоговейный ужас перед внутренней схваткой между зверем и человеком. А через несколько мгновений все стихло, разум победил ярость. Аниторн встал на ноги и окинул взглядом поле недавнего сражения. Четверо из десяти магов не поднимались на ноги. Живы, это аниторн понял сразу, но неприятный запах хвори уже тронул обоняние. Поломал…
Еще двое поднимались на ноги, тяжело дыша. Четверо лордов, оставшихся на ногах, с опаской поглядывали на господина. Дыхание их было прерывистым и хриплым.
— Рас! — заорал Илейни. — Рас!
— Да… мой мальчик, — гулко сглотнув, отозвался целитель.
— Исцели, — аниторн указал рукой на пострадавших магов. После мотнул головой и выдавил. — Не хотел.
После направился к драконнику, где всё еще метались драконы, и отомкнул засов.
— Господин… — подал голос один из драконоводов, но осекся под взглядом Риктора и отошел за спины своих товарищей.
Лорд потянул створу, открывая ворота, и остановился на пороге, глядя на великанов, вдруг замерших перед ним. Драконы осторожно потянули носами запах, шедший от человека. Аскерд шагнул вперед, склонил голову к мужчине и отпрянул, стоило тому протянуть руку. Попятился назад Воитель, с подозрением глядя на лорда. Близнецы не двинулись с места, продолжая принюхиваться. Ханнис издала ворчание из глубины драконника.
— И я рад тебе, принцесса, — отозвался Рик, после обвел взглядом пятерых самцов, которые вели себя так, словно в их стае появился чужак, вызывавший опаску.
Наконец отмер Алармис и шагнул к человеку. Он подставил голову, позволяя дотронуться до себя, приподнял крылья и издал рев. Лорд рассеянно пробежался пальцами по чешуйкам.
— Да, я изменился, — ответил он дракону.
Алармис склонил голову на бок, после снова приблизил ее к лорду и слегка толкнул лбом, что-то негромко ворча.
— У меня не получилось, — вздохнул Риктор.
Дракон снова приподнял крылья.
— Нет, в этот раз я буду один, — отрицательно покачал головой аниторн.
— У-у-у, — завыла из глубины драконника Ханни.
— Ар-рф, — мотнул головой Алармис.
Близнецы дружно шагнули к человеку. Воитель просунул между ними голову, Аскерд не спускал с человека внимательного взгляда. Рик отрицательно покачал головой. Великаны еще некоторое время смотрели на человека с силой дракона, а после дружно отступили, прекращая безмолвный спор. Аниторн благодарно кивнул им и повернулся к обитателям своего замка. Драконы поняли, смогут ли понять люди? Возможность выжить существовала лишь для того, кто окажется лицом к лицу с даархаром, и это было столь очевидно, что упрямство вызывало гнев. Дархэйм не пропустит сквозь свои ловушки никого, кроме Риктора Илейни, потому что аниторн нужен черному лорду, жизнь остальных для не имела цены. Лишь жизненная сила их душ, а значит, люди умрут, не успев даже ступить на остров, как умрут и драконы, пополнив резерв даархара.