— Мааруф, хочу тебя кое о чем попросить…
Укрытие, где обычно находился эйеах Башир, находилось между двумя прилавками в самой тени целебрария, примыкающего к Храму Сакротума. Оттуда открывался хороший обзор на все торговые ряды, а в случае опасности — рядом стояла лестница трубочиста, с помощью которой можно было легко переместиться на крыши. Один из прилавков принадлежал торговцу шелком, одному из хецинской общины, оттуда и доходили все срочные вести от эйеаха до логова. Ученики остались на крышах, разместившись на перекрестках и наблюдая за обывателями в ожидании сигналов от аль-мусиальда. Джайра спустилась к Баширу, пристально осматривая площадь.
— Ну, что? Где он?
— Вон там, у рыбной лавки на выходе из Фактории.
Вор изображал дремлющего чернорабочего, устроившись на пустых ящиках и изредка безразлично поглядывая по сторонам. Единственное, что могло в нем выдать вора, так это маленький перочинный нож со стальным набалдашником. Будь он простым рыбаком, набалдашника бы не было.
— Отличная работа.
Она подала знак ассасинам следить за вором в один глаз, сама же, ловко скрываясь в толпе, встала в тени навеса на углу перекрестка с улицей, ведшей прямой дорогой к Шпилю Королей. Посыльного оказалось ждать не долго — хилый паренек сам по себе привлекал слишком много внимания своими постоянными оглядываниями и нервозностью. Джайра подала знак — «это цель». Ассасины на крыше переместились ближе к вору. Сама же она, шла за ним следом в десяти шагах, ускользая от его постоянных взглядов в толпе или у прилавков. При его приближении вор открыл глаза и встал на ноги, непринужденно проведя рукой по стальному набалдашнику. Паренек заспешил к нему, и оба обменялись записками. Вор обошел прилавок и начал подниматься на крышу по еще одной лестнице трубочиста. Джайра приказала ассасинам дать ему уйти, сама же встала почти за спиной у зазевавшегося на вора посыльного и, зажав ему рот рукой, уволокла его в один из переулков. Башир прикрыл их отход, создав внезапную драку у одного из торговых рядов.
Приперев несчастного парнишку к мокрой стене, Джайра прошипела ему в лицо:
— Что ты передал ему?
— Я ничего не знаю! Клянусь!
— Кому ты служишь?
— Пожалуйста, не убивайте!
— Ты не умрешь, это мы можем обещать тебе, — прикрывая от посторонних глаз допрос, ее обступили ассасины. — Ответь на вопросы и можешь быть свободен.
— Хорошо, я отвечу.
Джайра выпустила его из захвата. Паренек, переведя дух, обернулся к ней.
— Я всего лишь слуга, не более. Я служу…
Внезапно в его горло вонзился нож со стальным набалдашником, рекой полилась кровь, слуга с выражением ужаса на лице осел на землю. Джайра устремила взгляд на крышу и едва ли успела увидеть вора, скрывшегося из виду.
— За ним!
Сама же, выхватив из сжатого кулака посыльного записку, наскоро пробежала ее глазами и, сунув ее обратно в руку мертвеца, бросилась вслед за убийцей, за которым уже гнались ученики.
Торговая площадь была еще недалеко, когда ее остановил бежавший наперерез посыльный Хакима.
— Мой аль-мусиальд! В общине беда! Нужна ваша помощь!
Выругавшись, Джайра последовала за посыльным Хакима, предполагая только одну причину, по которой могло что-либо произойти.
— Догнать его и отобрать записку! В случае опасности не вздумайте геройствовать. Зайн, ты за старшего!
Бросив беглый взгляд на Мааруфа и кивнув в ответ на его кивок, она ринулась к логову.
Не зря Джайра торопилась — даже на крышах были слышны крики со двора. Самыми страшными опасениями были всевозможные варианты стычек Фарена и Патрица, причем причина любой из них только одна, и эта причина сейчас дразнила мечом некроманта так, будто игриво щекотала. Понять, что на самом деле вытворяет Страж, мог только кто-то из его же ордена. И сама Джайра. Оставалось надеяться только на выдержку некроманта, но и у него терпение не бесконечное.
— Ну же, давай! Покажи, что ты такое на самом деле! — яростные выкрики стагата казались Джайре чудовищным ревом, тогда как хецины и остальные стагаты больше опасались грозного рычания, вырывавшегося из глотки некроманта, упавшего на колени и словно державшегося за землю, будто в любой момент он мог невольно взлететь. — Может, теперь все увидят, какое зло они гостеприимно впустили в свой дом!
Бывший Страж коршуном кружил вокруг сопротивляющегося что есть сил Фарена, и все же тот поразил всех своей способностью все еще говорить человеческим голосом, хоть и сдавленным.