— Он спятил! Если наши урожаи не обеспечат поля яровыми посевами, Ардонию уже можно отпевать!
Джайра забеспокоилась — возгласы Фарена начали привлекать внимание бакалейщиков и их покупателей. И еще что-то ей не нравилось в этом Мартине…
— Я как раз иду с переговоров с казначеем и Триумвиратом. Его светлость согласился найти альтернативу нашим затратам на путешествие в Аль-Пассал, а Триумвират обещал нам поддержку Сакротума.
— Этого мало. Да и какую поддержку может оказать нам Сакротум, когда его самого королевский двор обкрадывает до нитки!..
Тревожное предчувствие переходило в панику. Если этот притворщик заходил безнаказанно в Храм, то просто так его оттуда точно не выпустили.
Дав команду Ворону на ухо оставаться на месте, Джайра отошла от разговаривающих на небольшое расстояние — так, чтобы было видно оба выхода из переулка. Тут же у соседней бакалейной стал заметен слухач — не королевский, эти не крадут всякое барахло с прилавков. Как опытного вора, наемницу больше всего в толпе привлекал именно этот Мартин. От него словно исходила какая-то сила, невидимая и неощутимая, но обращающая на себя внимание. Возможно, она просто хорошо замаскирована. Хоть паренек и старался быть простаком и у него это неплохо получалось, но каждый прохожий осматривал его с ног до головы и чувствовал подсознательно его высокий статус и поэтому обходил стороной. Из-за него стал выделяться и Фарен, своими переживаниями начинающий перекрикивать торгашей. Как и всегда, предчувствие в нужное время подсказало ей следить внимательней за одним из выходов с улицы. Есть ли что-то положительное в кричащих алых и золотых цветах одеяний Стражей, но возвещать о появлении «рыцарей Сакротума» они могут и в самую темную ночь.
Снова лавируя в толпе обратно к коню, Джайра заметила, как слабо что-то засветилось в тени воротника камзола у Мартина. Заглядывая за спину молодого советника на мелькающие золото-алые отблески среди блеклых и скромных горожан, она прикоснулась к плечу Фарена. Мгновенно оба обратили на нее взгляды.
— Фарен, нам пора.
Проследив за ее взглядом, некромант, изменившись в лице, снова обратился с поспешностью к другу, в свою очередь подозрительно рассматривающему наемницу.
— Мартин, это мой… друг… э-м-м…
— Кровопийца, — кивнула Джайра и понимающе взглянула на Фарена: «Что уж тут скрывать».
— Прости, дружище, но нам нужно идти.
Советник опечалился.
— Но когда же еще мы встретимся? И граф…
— В Октаве тесно — не потеряетесь, — Джайра направила Ворона к противоположному выходу, в Трущобы, стараясь не упускать из виду приближающихся храмовников.
— Прощай, Мартин, — некромант протянул ему руку.
— До встречи, я надеюсь, — и от рукопожатия оба застыли, уставившись друг на друга.
«Проклятье!»
— Идем! — пришлось разорвать замок, насилу потянув Фарена за собой.
Может, Стражи что-то и почувствовали, но вместо некроманта они найдут кое-кого другого.
Как только они зашли за угол, оказавшись на более-менее безопасном расстоянии, Фарен остановился, глядя на свою руку как на чудо.
— Я что-то почувствовал… в нем.
Проверив, не идут ли истребители нечисти за ними, Джайра снова взглянула на некроманта.
— Еще бы ты не почувствовал чародея! Как и он тебя.
Его ошеломление удвоилось.
— Мартин — чародей? Это невозможно… Я знаю его с детства.
— А его родителей?
— Он сирота.
Теперь пришло озарение.
Джайра пожала плечами:
— Вот и ответ. Думаю, нужно наведаться к звездочету, иначе ты не сможешь и шагу сделать без ведома Стражей.
Мартин Апретт все еще смотрел им вслед, так и держа руку навесу. Оба храмовника, всматриваясь в толпу на том конце переулка и поглядывая на советника, встали по бокам от него.
— Это был виконт?
Мартин опомнился от забытья. На его лице появилась не менее гневная решимость, чем была до этого у Фарена.
— Да. Это был Фарен Тантелли.
Стражи переглянулись за спиной юноши и больше не сводили с него глаз, светившимися из-под капюшонов как тлеющие угли.
— Насколько я знаю, — отозвался тот, что постарше, — это его сегодня хотели приговорить к смерти на Площади Правосудия.
— А этот наемник сегодня получил звание рыцаря и Героя Ардонии на Праздничной площади.
— Да, это Кровопийца, — отозвался Мартин. — Я рад, что он не один и его защищает этот Герой, — помолчав, он с угрозой добавил: — И вы не тронете его, иначе я разорву договор.