------------Glass Face — Holland---------------------------
Лиля с Артуром удивленно взглянули на Киру — та уже выглядела вполне нормально. Она, замерев, внимательно слушала Алису, и приходила в себя — и это казалось настоящим чудом. Киру редко удавалось успокоить словами, и то, что она услышала эту девушку, уже говорило о том, что в ней явно есть что-то особенное.
— Как ты?.. — спросил Артур Киру, не веря своим глазам. Та взглянула на него, вздохнув, и кивнула, наконец-то улыбнувшись.
Она выглянула в гостиную — все, кого ранили, потихоньку приходили в чувство, очнулись, и даже уже разговаривали и улыбались. Оказалось, действительно — нужно было только избавиться от чипов — и все сразу придет в норму, только они мешали им свободно вздохнуть.
Лорен озабоченно осматривала свою недавнюю рану на плече, заглянув за наложенную на нее повязку — та медленно заживала, уже быстрее, чем раньше, и уже не выглядела так пугающе. Вампирская кровь уже начинала действовать, и это не могло не радовать ее, Кэтрин, Демонтина и Грету. Амелия и Мара тоже излечивались уже сами, их вампирская сущность, наконец, возвращала им их прежние силы.
Они потихоньку разошлись по своим комнатам, нуждаясь только лишь в отдыхе, и Кира с Артуром и Лилей тоже покинули гостиную. Арт и Равен так же отправились на второй этаж проводить Мару до комнаты, и вышли, оставив ее одну и давая ей отдохнуть в тишине. Мара с Артом уже прижились в особняке, остановившись там, чтобы помочь всем остальным в борьбе с Лукасом и этой секретной организацией людей, пытающейся вытравить их из города и уничтожить, Равен же был сам по себе, изредка только заглядывая к родителям. Он уже привык к тому, что они теперь были вместе, но сам пока не чувствовал себя частью этой семьи.
— А ты никогда не пытался развить свои способности? — поинтересовался вдруг Арт, когда они оба сидели на лестнице.
— Какие способности? — не понял Равен.
— Магические, конечно же, — усмехнулся тот, — Ты ведь мой сын. А я был и некромагом когда-то. Следовательно — тебе должно было передаться и это.
— Но это невозможно, — Равен все еще недоверчиво смотрел на отца, — Сколько я уже существую — у меня никогда не было никаких способностей. Только крови хотелось, и всякая прочая дрянь, присущая вампирам.
— Это лишь потому, что ты слишком отвлекся на другие проблемы — вампиризм, войны, твоя сестра Амелия, Лукас — тебе было не до магии, — пожал плечами Арт, — Поэтому все это время она терпеливо скрывалась в тебе.
Равен пораженно уставился себе под ноги, погрузившись в глубокие размышления, и Арт тут же добавил:
— Сейчас многим не помешало бы пить зелье, сдерживающее силы, которое давали мне, когда я был в теле Велимонта. Все сейчас сходят с ума, и магию нужно держать в узде, пока они не навредили друг другу. Но вот тебе… Тебе стоит попросить Эффи сделать зелье, которое наоборот усиливает магию. Ты можешь мне не верить, но тебе стоит просто проверить это, попробуй. Просто попробуй — и сам увидишь, что это на самом деле чистая правда.
Мара, мельком слушая их из комнаты, растерянно разглядывала рану в зеркале на своем плече, которая уже почти затянулась. Она подозревала о чем-то таком и раньше — ведь даже в ней была магия. Хотя это и не было некромагией, эта магия была самой обычной. Она и не придавала ей раньше особого значения, да и пользоваться ей в полной мере она начала только тогда, когда оказалась запертой в пещере на целую тысячу лет. Она всегда считала себя лишь чистокровным вампиром, а о своей родословной не знала толком ничего, кроме того, что те бросили ее, и ей пришлось выживать в одиночку. Она не хотела этого для своего сына, но сейчас… Почему-то сейчас ей хотелось лишь уйти, чтобы не причинять им лишний раз боль — она ведь уже укусила многих и теперь они страдали из-за этого и, кто знает, что она еще может сделать…