Она уже не чувствовала себя настолько пустой внутри, но там было что-то новое для нее — и старое на самом деле. Какая-то жуткая старая боль преследовала ее по пятам, и она мучилась от ожидания, когда наконец-то поймет, в чем дело. Она будто застряла в точке невозврата, и это совсем не помогало ей разобраться в себе.
Ее метания давно уже заметил Арт — и он, оказывается, мучился не меньше. Он знал, что причина в нем, он опустошил ее — он сделал так, что теперь она вся во власти каких-то жутких ощущений и отголосков воспоминаний. Он видел это постоянно, и теперь уже не мог больше терпеть боли, связывающей их. Арт решительно направился к Лорен, и, видимо, застал ее врасплох — она совсем не ожидала увидеть рядом кого-то вроде него.
— Лорен… — сдавленно произнес он. Девушка, растерянно взглянув на него, напряглась, понимая, что что-то не так — у него был странный взгляд, похожий на взгляд Велимонта, когда он пытался исправить что-то.
— Арт, — тяжело выдохнула она, выжидающе смотря на него.
— Если ты никуда не спешишь и у тебя есть минутка… — продолжил он, — Я хотел бы сказать пару слов.
— Говори.
— Ты ничего не помнишь, хоть и знаешь уже очень много… Я буквально уничтожил тебя, разорвал твою душу на мелкие кусочки, и я упивался этим, думая, что так смогу спасти себя… Но я сделал ошибку. Огромную ужасную ошибку. Я совершал ее тысячи раз, но тебя это задело настолько сильно, что ты до сих пор чувствуешь себя опустошенной, я вижу. Если ты когда-нибудь сможешь… — он вдруг запнулся, — Прости меня за всю ту боль, что я причинил тебе, находясь в теле Велимонта. Я не достоин прощения, я знаю, но если бы ты хотя бы попыталась простить меня… Я увидел бы свет во тьме, которого мне не хватает. В тебе он еще есть, я знаю… И он поможет нам, если ты снова соберешь их всех вместе. Врозь мы слишком много оступаемся, нас легко достать… А я все еще помню, какими вы были тогда, когда ваша дружба казалась всем нерушимой. Вместе мы сможем победить все, что угодно.
Лорен удивленно уставилась на него, застыв на месте, и осторожно вдохнула — будто, если бы она шевельнулась, произошло что-то ужасное и непоправимое. Она не знала, почему — но в тот момент, казалось, ее сердце снова разлетелось на осколки, и они уже медленно, словно под влиянием какой-то стихии, собирались воедино, наполняя ее изнутри давно потерянной надеждой.
— Зачем ты говоришь мне все это?.. — наконец тихо ответила она.
— Ты заслуживаешь знать правду, — ответил Арт, — Я просто использовал тебя, сыграв на твоих чувствах. Это было чудовищно жестоко, и я прошу прощения за это, снова…
— Спасибо… — Лорен все так же удивленно смотрела на него, — Когда-нибудь, надеюсь, я вспомню все и оценю всю искренность твоих слов…
— Я пойду, пожалуй, — Арт куда-то засобирался, — Я лишь хотел извиниться. Меня это давно уже гложет. И тебе нужно было это услышать, чтобы немного прийти в себя… — он сдержанно улыбнулся ей, ободряюще коснувшись ладонью ее плеча, и поспешно скрылся в толпе, оставив Лорен весьма озадаченной.
---------Of Monsters and Men — Thousand Eyes--------------------------
— Велимонт… — произнесла вдруг она полушепотом, снова воззвав к его разуму, — Мы могли бы сбежать, снова, как тогда, как ты рассказывал… И ничего бы этого не было…
Но всегда будет что-то другое. Крах неизбежен, неизбежны потери и поражения. И в этом мире, и в каком-то другом, всегда есть что-то, что мешает нам идти вперед. В мире, где нет магии, эта война происходит где-то на глубине нашей души, и мы ведем ее каждый день, представляя, что именно так мы боремся со злом, которое живет именно внутри нас. Или со слабостью… Или с другим, настоящим злом, извне.
Лорен отчетливо помнила ту девушку, которую она увидела в параллельном мире — она была сломлена, но готова была бороться до последнего, и это невероятно сильно вдохновляло ее. Но что, если бы она сдалась? Лорен не знала, как быть сильной без нее, теперь она равнялась на эту загадочную девушку без магии, считала ее своим маленьким рыжим героем-двойником.
И, вдруг снова увидев ее, Лорен, конечно же, сразу узнала ее: она снова оказалась в параллельном мире — никто уже не удивлялся этому. Все уже наблюдали за ним, как за необычным фильмом, который снимали в другом мире. Но то, что она увидела, поразило ее — эта сильная девушка-герой плакала в углу, обняв колени руками, как самая обычная маленькая девочка, как и Лорен когда-то. Она была обычным человеком со своими слабостями, у нее были те же страхи, те же помыслы, и она была так же уязвима, как и любой из нас.