Они еще долго не могли сдвинуться с места, смотря на дверь и слушая, что происходит на улице — кто-то все еще кричал и, видимо, еще остались живые, кто-то убегал, даже ломился в дверь. А кто-то не мог выжить и пополнял армию мертвецов… Одернув себя и мотнув головой, Велимонт осмотрелся, чтобы понять, кого они успели вытащить, и все же немного приободрился — им очень повезло, здесь были почти все, кто был с ними в особняке, и даже больше. Но не было Ваньки… Недавно прибывшие гости тоже исчезли — а, может, не выжили. Хотя Герден был здесь, и давняя подруга Лорен, Динара, тоже. Арт и Мара, на удивление, тоже успели сбежать вместе с ними, и даже спасли Равена. Даже Лилии с Никитой удалось забежать внутрь, и еще кому-то из Доуна. Велимонт вдруг вспомнил, как прямо на ее глазах тело Карла обратилось в пепел, и мучительно выдохнул… Не было здесь и оборотней из клана — это Велимонт понял сразу, как только увидел, как растерянно и убито осматривается Демонтин — он встретился с ним взглядом и кивнул, опустив голову.
Велимонт подошел к Лорен, молча обнял ее, и отвел в сторону. Теперь им оставалось только пережить эту ночь, и нельзя было всю ночь стоять, как прокаженные, снова ожидая, что их разорвут на части. Проводив их взглядом, все поняли, что это значит. Нет смысла сейчас разговаривать, даже ругаться или выяснять, чья во всем вина. Нельзя было повторять прошлых ошибок — они уже однажды разделились, и вот что из этого вышло.
Заброшенный дом был достаточно просторным, и места хватило всем, чтобы расположиться, соорудить себе с помощью магии хотя бы одеяло и подушку. Всю ночь они тихо переговаривались, успокаивали друг друга, настороженно прислушиваясь к звукам снаружи, но не давали себе уснуть — страшно было даже закрыть глаза. Они рассказывали друг другу истории, пытались подбодрить, но само осознание того, что рядом нет Ваньки, вгоняло в дрожь, голос срывался на всхлип, еле сдерживаемый внутри, и становилось не по себе, хотелось броситься на улицу, выбежать на площадь и спасти его, но уже некого было спасать…
Так они и просидели до утра, делая все, чтобы не уснуть — или хотя бы следили, чтобы кто-нибудь обязательно бодрствовал, а звуки за стенами заброшенного дома уже затихали, и, выглядывая через щели на улицу, они уже не видели и не слышали ни мертвецов, ни людей, никого. Можно уже было выходить, хоть и страшно… Но мертвецов уже не было, и с первыми лучами солнца, будто с новым днем, все они осторожно покинули старый заброшенный дом и направились к главной площади.
-----------Fleurie — Hurts Like Hell--------------------------
Площадь уже совсем опустела — на ней никого не было, только трупы, и очень много. Солнце медленно поднималось над городом, освещая его, как после битвы… Последствия магии Лорен уже иссякли, больше не было никакой опасности для них — только ужасающее зрелище того, во что превратился город за одну ночь. Казалось, они приносят хаос всюду своим присутствием — стоило им приехать, как город разгорелся войной, бессмысленной, как и в их городе однажды.
Эффи поспешно ринулась туда, где последний раз видела Ваньку, и тут же застыла. Лорен побежала за ней и, увидев его тело, закрыла рот ладонями. Остальные тут же нагнали их, пораженно замерев на месте — кто-то уже плакал, а кто-то, не в силах смотреть, отвернулся в сторону. Ванька весь в крови лежал посреди площади, а глаза его были широко распахнуты — он боролся до последнего. Но магов, которых Лукас привлек на свою сторону, было слишком много, и он не справился.
— Нельзя оставлять его здесь, — дрожащим голосом произнесла Лорен, — Нужно забрать его в особняк и… Похоронить.
— А нельзя… Нельзя вернуть его к жизни? — вдруг ляпнула Роза, тут же встретившись с недоумевающими взглядами друзей.
— Нет, — Матвей осторожно коснулся ее руки, — Мы уже ничего не можем сделать. Нут не поможет нам — его душа уже не здесь. Он обрел покой.
Эффи отрешенно взглянула на Матвея — лицо ее было каменным, будто она не могла поверить в то, что происходит. Она не хотела разрушать все вокруг себя, не злилась, не ненавидела — она просто не могла поверить. Вот он был перед ней, он заставил ее уйти, чтобы она успела спастись — и вот, его уже нет. Она убито осела на землю рядом с его телом и глухо заплакала, ударив его кулаком по груди:
— Зачем? Зачем ты прогнал меня?! Если бы я не ушла, ты был бы жив! Мы справились бы вместе…
— Эффи! — Демонтин рванул к ней, но Велимонт удержал его за локоть, покачав головой.
Ей это сейчас нужно было… Он прижал Лорен к себе, увидев, как она плачет — и понял, что она тоже в шаге от того, чтобы броситься к телу Ваньки. Велимонт оглянулся на Дино — тот замер на месте, уставившись на безжизненное тело друга, а вокруг него самого тихонько подрагивала земля. Однажды они уже все думали, что потеряли друга — но Ник оказался жив. Но теперь все было по-другому… Это нельзя было обратить, и он сам сделал свой выбор. Он предпочел защитить ту, кого любил больше жизни, чем спастись самому — это и определяло всю его сущность. Он готов был помочь всем, кому угодно, кроме себя самого.