В потерянных чувствах Роза вернулась домой, поглощенная мыслями о Матвее. Вот кого она точно не ожидала потерять так внезапно — и понимала теперь, каково было Лорен весной. Пока Матвей был рядом, она ни о чем не волновалась, да и почему-то уверена была, что он никуда не исчезнет. И вдруг, вот так просто… Его уже и нет рядом. Теперь ей уже придется противостоять злу в одиночку, без него, и это было ужасно.
Узнав о предстоящей вечеринке в особняке Дэна, главного среди людей в этом городе, Роза в первую очередь решила разузнать, кто пойдет туда. А идти собрались почти все — после недавнего ужаса и потерь им хотелось лишь только спокойствия и мира. Роза тут же вспомнила о Кэтрин, что ей недавно стало плохо, и поспешила к ней — узнать, как она себя чувствует.
Лицо у Кэтрин было измученным и бледным, а руки холодными, лоб заливал холодный пот. Стоило ей подняться, как в глазах мгновенно темнело, и она чуть ли не падала обратно на подушку. Эффи с Балором уже вовсю работали над каким-нибудь лечебным снадобьем, или хотя бы средством, которое хоть немного облегчит ее страдания. Ей было совсем не лучше — кто-то упрямо вытягивал из нее все силы, и это был точно не ребенок. Роза почему-то уверена была, что это именно Лукас, ведь только одному ему это было выгодно.
В комнате Кэтрин, кроме Балора, Роза столкнулась и с Лорен, которая тоже сидела с Кэт и ухаживала за ней, хотя та и заявляла, что с ней все в порядке. Они тихо разговаривали, вспоминали что-то, а Балор молча слушал их и улыбался, держа Кэтрин за руку. Но увидев Розу, Лорен заторопилась вдруг куда-то, что показалось слишком подозрительным, и Роза ринулась вслед за ней.
— Подожди!.. — воскликнула она, — Я твоя сестра, Лорен. Ты можешь со мной поговорить…
— Не знаю, о чем тут говорить… — Лорен все же остановилась и повернулась к ней.
— Я знаю, что ты считаешь себя виноватой, — продолжила Роза, — Это неправильно. Ты погубишь себя…
— Я погублю только вас всех, а не себя. Ваньку вон погубила… Мне ужасно плохо, и я не могу больше причинять кому-то вред… Лучше держаться от меня подальше.
— Неправда! — возразила та, — Не одна ты страдаешь из-за его смерти! Поговори со мной!.. Скажи все, что хочешь сказать.
— Скажи лучше ты, — Лорен поспешно переключилась, снова вспомнив о Матвее и прочих, кто в данный момент сходил с ума. — Вы нашли их? Нашли хоть что-нибудь?
— Нет… — Роза растерянно замотала головой, — Не думала, что мне будет так плохо без него…
— Вася сказала мне то же самое, — понимающе усмехнулась Лорен, — И я прошла через все это. Главное, чтобы это не затянулось надолго, и чтобы вы сами не пострадали от их рук… Это будет больнее всего.
— А что она сказала? Она вернулась? — воодушевилась Роза.
— Да, и она нашла записку от Раймона. Но слишком короткую — «Жди»…
-----------Noah Gundersen — Oh Death---------------------------
Роза поняла, что, возможно, если зацепки не нашли Дино с Ником — значит, могла найти Василиса. Она-то ей и нужна была теперь, Роза просто не могла выбросить из головы мысль о том, что во что бы то ни стало она должна помочь ему и вернуть Матвея, как и всех остальных — хотят они того или нет.
Она поспешила к Василисе, Нику и Дино, а Лорен направилась в свою комнату и заперлась там на сильное охранное заклинание, намереваясь никого не впускать внутрь. Она долго уже обдумывала слова Эффи о том, что Ванька может быть в другом мире, и подозревала, что он еще где-то там, хотя бы как призрак. Ведь однажды она уже не раз связывалась с призраком Келии, и в этот раз могло получиться так и с Ванькой.
Она подготовила все, как и учил ее однажды Велимонт: свечи, все нужные травы, даже нашла у себя футболку Ваньки, которую выпросила у него однажды, потому что ей понравился принт на ней. В комнате было темно, и шторы задернуты, Лорен даже решила включить музыку, которую он любил. Все — лишь бы он услышал, если бы мог.
В этот день на улице было необычайно спокойно, хоть и хмуро, и ни единого дуновения ветерка, распахнувшего бы приоткрытые окна. В августе уже не было так жарко, хоть лето еще и не закончилось, да и на юге всегда было тепло. Эта приятная прохлада навевала Лорен воспоминания о Ваньке — Ванька всегда был холодным и отстраненным, но отдавал людям столько тепла, сколько, казалось, никто из них вместе взятых не смог бы нагрести внутри себя.
Почему-то она никак не решалась сделать это, хотя все уже было готово. Лорен неуверенно смотрела на его фотографию, где он один стоял и освещал все вокруг своими светлыми голубыми глазами… А рядом лежала та самая фотография, которую они сделали все вместе еще в июне, после концерта в столице. Вот это был день… Это был день их триумфа, они были на самой вершине — там, откуда уже никто не возвращается. Кто-то гаснет медленно, постепенно уходит в закат, а кто-то сгорает мгновенно, охваченный языками пламени, как Карл на главной площади — он просто следует туда, где опасность, шагает прямиком в огонь, не страшась его и понимая, чем это для него закончится.