— По сравнению с их силой ты просто ничтожество! — бессильно воскликнул Велимонт, хватаясь за голову. В его теле происходила яростная борьба — и теперь уже это мог увидеть кто угодно, и он действительно был способен побороть это. — Они сотрут нас в порошок, даже если мы встанем на их сторону! Все уже предрешено!
В голове его снова взрывались оглушающие голоса предков, не позволяющие ему вырваться, и он снова яростно бросался на всех, а удерживать его было бесполезно — он понимал, что происходит, но совершенно не мог управлять собой, как и тогда, в прошлый раз….
— Ты король! — снова крикнула Лорен, направив на него новые порывы ветра. Особняк уже явно, будь он человеком, давно уже бы разозлился и обиделся на всех них за то, как они над ним издеваются: сколько он пережил за эти несчастные пару месяцев, и этот момент не был исключением — он снова, казалось, разваливался от давления ее магии. — Так борись так, будто этот мир принадлежит тебе! Борись за свою семью! За друзей! И за меня! Борись с ними! И победи!!!
Велимонт снова зарычал, яростно встряхнув головой… Он метался из стороны в сторону, хватался за волосы, и вдруг запрокинул голову вверх, издав громкий отчаянный крик, который разнесся по всему особняку — а, может даже, и по всей округе. Все закончилось, из тела внезапно исчезла тяжесть и ощущение страха, а мысли очистились и прояснились. Не веря сам себе, он все еще смотрел на потолок, понимая, что он снова стал самим собой…
---------Celldweller — How Little I Must Know---------------------------
Амелия, отчаянно вырываясь, пристально смотрела на него, понимая, что скоро и ее очередь — ей не хотелось вырываться из этих оков. Точнее, им не хотелось отпускать ее. Сколько бы Дино ни успокаивал ее — это не помогало, она огрызалась на него, злилась и рвалась накинуться на Дино, порвать его на кусочки и убежать как можно дальше. Потеряв Велимонта и Матвея, темные друиды теперь удерживали Амелию, Равена и Лизу сильнее, чем прежде. Раймон же все еще не пришел в себя, что только еще больше пугало Василису, но она не могла потерять надежду, только не теперь, и она готова была ко всему — даже к тому, что он набросится на нее и попытается убить.
Дино снова попытался развернуть лицо Амелии к себе — но она вырывалась, и, что бы он ни делал, становилось только хуже. Арт с Марой пытались помочь Равену, но их внезапно скрутило снова, как тогда, на вечеринке в честь перемирия с людьми, и они оба, хватаясь друг за друга, бессильно опустились на пол. Подняться они уже не смогли, а пол под собой заливали кровью, испуская последние силы. Дино напрягся, отвлекшись на них, а Амелия, воспользовавшись моментом и замешательством Дино, Лорен и Велимонта каким-то образом все же смогла побороть магию, удерживающую ее, и вырвалась, порвав веревки и мгновенно скрывшись и покинув особняк.
Дино запоздало ринулся за ней, а Равен, растерянно смотря им вслед, вдруг тряхнул головой, и снова взглянул на родителей: магия предков была слишком сильна, но меньше всего ему хотелось потерять именно их, отца и мать. Не только ему уготовано было исчезнуть, и не только тем, кто был из второго поколения ковена — Маре и Арту угрожала та же опасность. Возможно, даже за сестру он теперь не переживал так, как за них — а тем более, сейчас, когда они, казалось, умирали прямо на его глазах. Равен внезапно замер, уставившись на отца и мать, и закрыл глаза, прислушиваясь к себе.
------------Halsey — Devil In Me-------------------------
И тут же широко распахнул их, снова дернувшись изо всех сил, и крикнул:
— Отец! Мам! Держитесь!
Лорен и Велимонт застыли и удивленно уставились на него, перевели взгляд на Арта и Мару, и снова взглянули на Равена. Определенно, его взгляд изменился, стал более осмысленным, но, кто знает — может, это лишь уловка? Равен рвался изо всех сил, пытаясь помочь родителям, но сил у него было мало — что могло означать то, что предки уже ему не помогают. Велимонт и Лорен облегченно выдохнули, понимая, что и у Равена есть свои слабые стороны… Но они пока не доверяли ему и не спешили освободить, терзаясь сомнениями.
Арт из последних сил попытался подползти к нему, протягивая к сыну руку, и вдруг внезапно ощутил, как боль, охватившая его тело, ослабла и угасла. Он обернулся, взглянув на Мару — та уже недоумевающе смотрела на него и на всех остальных, не веря тому, что тело уже больше не изнывает от невыносимой боли — слишком быстро все закончилось. Это было как минимум странно, но Маре уже было все равно — она вдруг вскочила и подбежала к Равену, освобождая его от веревок и магии.