— Ник, пошевеливайся! — поторопила Юринга Ленд. — Мы не можем прикрывать тебя вечно, нас скоро превратят в фарш!
И она была не далека от истины. Ториане, в основном, вели огонь из плазменных винтовок и крупнокалиберных автоматов, у них же энергоресурса на плазменном оружии уже не осталось. Бронебойные патроны не всегда пробивали "скелеты" сразу, особенно если попадали в грудь или голову, где броня усилена. На "скелетах" Ленд и Хормина виднелись повреждения, броня Алика и Эрика, к удивлению, оставалась чиста, будто только что вышла с конвейера, хотя Ленд замечала, как пару раз их вскользь задевало плазмой, но думать об этом сейчас, не было времени.
Вести прицельный огонь не получалось из-за слишком сильного натиска врага. Несколько ториан уже лежали на снегу, окрашивая его кровью, еще пятеро продолжали обстрел. Алозов выпустил первую ракету. Пространство в зоне поражения сжалось, воздух задрожал, и лишь потом раздался взрыв. Установка накренилась, и начала медленно заваливаться набок. Пилот второй установки засек тех, кто вел огонь и стал разворачивать на них орудия.
— Ник, уходим, — приказала Эрик, но Алозов не пошевелился. — Ты слышишь, что я тебе говорю?
— Отходите, я вас догоню! — сержант прицелился.
— Если она выстрелит, догонять будем уже мы тебя!
— Не успеет, — Алозов выстрелил.
— Пошли! — майор резко дернул его за руку.
Не смотря на утверждение Алозова, установка все же успела дать прощальный залп. Пучок плазмы попал как раз туда, где только что находился сержант. Ториане, увидев, что установка наводит орудия, спешно отошли из зоны поражения. Алик, Хормин и Ленд, тоже успели отступить на безопасное расстояние. Эрик, замешкавшись с Алозовым, попал под воздействие плазмы. Его швырнуло на снег. Он инстинктивно закрыла голову руками, прекрасно понимая, что это не поможет. Алик в ужасе смотрел, как майора и Алозова накрыла горячая волна плазмы.
— Эрик! — капитан хотел броситься к нему, но Ленд и Хормин схватили его под руки и удерживали до тех пор, пока плазма не рассеялась. — Эрик…
Алик подбежал к майору и опустился на колени. Его "скелет" был обожжен. К горлу подступил ком, в ушах зазвенело. Капитан хотел перевернуть майора на спину и снять с него шлем, но вдруг, Эрик пошевелилась и начал медленно вставать.
— Акрик побери! — выругался майор, поднявшись на ноги. После вспышки, перед глазами плясали яркие круги. — Вот же придурок! — он осмотрелся по сторонам в поисках Алозова. Сержант лежал неподалеку на спине без признаков жизни. — Сказал же ему — нужно уходить. Алик, посмотри, может, он жив.
— Не думаю, — Алик поднялся и подошел к Алозову, который действительно был мертв. Капитан никак не мог прийти в себя. — Вас накрыло, я не понимаю, как ты уцелел.
— Надеюсь, ты не успел связаться с Олин? — они поспешили к Хормину и Ленд, отстреливавшимся от ториан.
— Нет, — Алик оглянулся на валявшиеся установки. — У меня все мысли из головы повылетали, когда я увидел, как вас шарахнуло.
— Нужно отходить, окажемся отрезанными — нам крышка.
Артобстрел прекратился, но Эрик не оставляло чувство тревоги. Он знал, что так просто, все это не закончится.
Вернер нервно метался по рубке управления десантного челнока. За годы работы в управлении, он успел забыть, что такое предогневой мандраж. Несколько раз он требовал проверить связь с Эврумом, прекрасно понимая, что ее все равно не будет. Когда Вернер последний раз разговаривал с Энтони, генерал сказал, что смог поднять все базы, которые находятся в пяти часах лета к Эвруму, остальные числиться резервными, то есть передислоцируют всех, кого только можно, поближе к центральной планете и будут ждать. Если через десять часов с ними никто не свяжется, то им придется отбивать Эврум, так как тогда, его можно считать захваченным.
Почему-то, полковнику показалось, что Энтони выходил с ним на связь с челнока, хотя генерал ни слова не сказал о том, где находится. Да и не ждал Вернер от генерала другого. Уж если он сам решил ввязаться в заварушку, то Энтони точно не станет отсиживаться в тихом углу. Не такой у него характер. Тем более что все понимают — эта битва будет иметь огромное значение в дальнейшем ходе войны.
Конечно, война не закончиться совсем, в какую бы сторону сегодня все ни повернулось: если они сумеют дать торианам отпор, то тогда МВК постарается загнать их подальше от своих территорий, пока они вновь не соберутся с силами и смогут ответить. А если торианам все же удастся захватить и удержать Эврум, тогда с силами придется собираться им… Вернер отогнал от себя эту дикую мысль. Этого не будет. Никогда. Они не отдадут Эврум, чего бы это ни стоило. Каждый, кто находится сейчас там, в пылу битвы, и кто летит к ним на подмогу, долгие годы культивировал в себе ненависть к этим тварям и теперь готов вцепиться в глотку врагу зубами.