— Тирэс противится нам, но это будет продолжаться не долго. Теперь я живу в Сорисе, и первый лапах тааров будет взят под нашу стражу — больше отсюда не увезут ни одного северянина.
— Если ты еще жива, я не могу обещать спасти тебя — у меня нет такого судна, и я не знаю звезд, как Бран, чтобы идти по ним, но я все сделаю для того, чтобы ты вернулась в другое место, — мужчина по долгу стоял на берегу вечерами, и смотрел на Юг.
— Если сюда придет лапах тааров, мы захватим его, и вынудим все рассказать. Лишь бы не оказалось, что мы опоздали, Сири. Севар скучает без тебя, и почти поставил на ноги Фрейю, только боится пока вывести в сарай. Днем она в открытом загоне, а на ночь сама заходит в комнату к Юте. Иста уже устала ругать Юту, — он улыбался воспоминанием о людях, которые ему дороги.
— Если они придут сюда по воде, они расскажут нам все, Сири, расскажут и я заставлю их указать нам путь к тебе. Сколько бы ярких не пришлось нам идти, Сири, как только Вер подует в их ткани, и они направятся к нам, я уже буду ждать, — мужчина встал, и направился к лошади.
В большом доме, где его дружина жила уже несколько ярких было шумно. Хозяин сдал под дружину все здание на берегу. Все лавки были заняты мужчинами. Строились столы и новые лавки, готовилось много еды. Над углями висели несколько диких коз, что мужчины поймали на восточной стороне среднего моря.
— Если Тирэс не примет нас пять ярких, и мы не обсудим с ним все, что касается тааров, то на следующем сборе карлов мы придем к тому, что его пора свергнуть. И сейчас я хочу подготовить вас к этому. Никто не должен знать зачем мы здесь все собираемся. Его охрана — мужики из брошенных станов, и сейчас они даже не на обеспечении. В замке от силы пять по десять человек, и большинство из них пьяны, — Драс вошел в дом, и с порога привлек к себе внимание.
— А если у нас не получится свергнуть Тирэса? — Этот мужчина никогда не боялся волков, он ходил на васаров, но здесь придется воевать против своих людей. Неуверенность, страх перед новыми событиями, смена уклада станут преградой для нашего рывка, как и обещала Сири.
— Не переживай, Вирд, нас будет так много, что они даже не поднимут своих молотов. Мы подержим их несколько ярких у себя, и расскажем — почему быть в нашей дружине правильно. Но доверять мы будем только своим, только тем, кто пришел с Севера, с наших земель — там мы знаем семьи друг друга, мы выросли на виду друг у друга, — Драс положил руку на плечо мужчины, и тот, выдохнув, присел на лавку.
— Я хожу к Тирэсу каждый яркий, я говорю ему, что опасность ждет не только нас, но и его, но он не верит мне. Пусть он думает, что я как сумасшедший хожу к нему каждый день. За это время я точно узнаю когда и сколько охраны в замке. Главное сейчас — дождаться остальных карлов. Они спустят все лапахи по рекам и встанут в Среднем море, прямо за замком Тирэса, — Драс улыбнулся тому, что решил довериться людям, и раскрыть все карты. Лучше сейчас понять — можно ли доверять своим, или среди них уже есть предатели. На карту в его следующий шаг было поставлено очень много.
— Тирэс слишком стар, чтобы думать своей головой, ему советуют минисы, и каждый только и делает, что перекладывает суалы себе в карман. Людям только мешает их охрана. Сейчас хорошая охота, и мужчины уходят с Сориса на север. А васары в эти темные, как знают, наведываются в дома, и воруют провизию и маломальский скот. И никто им не помогает. А без охоты у них не будет еды, — встал, и подошел к Драсу недавно приставший к дружине Гор — один из тех, кто пошел за ним после кражи Сири.
Присоединение к дружине Гора стало важным событием — теперь мужчины, имеющие семью, молодые ребята, а не только одинокие или сезонные охотники решили идти с ними. Люди, увидев своих друзей или братьев, тоже решались отправиться с Драсом. Сейчас их было тридцать человек. Остальные карлы сейчас тоже набирали свои дружины. Люди наконец поняли, что вместе они огромная сила.
— Гор, ты правильно говоришь. Когда мы займем замок Тирэса, мы объявим людям, что берем на себя их защиту. Сейчас десять и десять наших людей будут охранять побережье, и горы с запада Сориса — там станы васаров, которых мы не смогли застать, они ушли в глубь болот. Но выйти в город они больше не смогут. Горожане видят, что мы не просто так здесь стоим. Нам уже начинают приносить рыбу и олу, лишь бы мы не ушли. Мужчины спокойно уходят на охоту, и с охоты принесут нам провизию, но сейчас важно одно — чтобы люди видели — мы нужнее Тирэса, — Драс встал, и показал Гору на выход.
Мужчины вышли вместе, и направились к побережью, к дому, где была таверна таара, в которой они с Сири пили красную олу и где она вела себя так необычно. Но там он понял, что это другая Сири. У этой Сири нет страха. Стоящая с топором у входа в дом тем снежным темным — вот такая она ему снилась, и внутренне он понимал, что это другой человек. И он был рад этому.