Чего стоили одни только эти бесконечные тренировки до полного изнеможения?
Иногда складывалось впечатление, что он намерен за год если не достичь уровня Мерлина, то хотя бы превзойти Основателей.
Но даже сила воли Гарри была не бесконечной. Гермиона видела, что в последнее время он начал уставать.
В последнее время юный маг держался только на чистом упрямстве.
Девочка не понимала, как столь расчётливый ум может сочетаться с поистине ослиным упрямством.
Это стало видно сразу же после приезда во Францию. Он стал вспыльчивым, нервным и раздражительным.
Всё чаще мальчик стал срываться на обычных людей. Когда Гарри чуть не проклял ни в чём не повинного художника, чьи работы мальчику не понравились, Гермиона поняла, что тянуть больше нельзя.
План созрел как-то само собой.
К удивлению гриффиндорки, уговорить Дафну помочь оказалось неожиданно легко. Слизеринка же и предложила подходящее место для отдыха, вдали от суеты внешнего мира.
Дальше было дело техники.
Гарри совершенно не возражал против поездки в Шармбатом. Гермиона боялась, что юный маг и здесь продолжит издеваться над собой, но он её приятно удивил, сразу же облюбовав один из пустынных пляжей.
Понаблюдав за ним ещё некоторое время, гриффиндорка поняла, что делать в Шармбатоме ей попросту нечего.
И тут судьба в лице мадам Максим преподнесла ей приятный сюрприз в виде полного допуска в здешнюю библиотеку.
Когда она увидела её впервые, Гермионе показалась, что она умерла. Именно так по представлению девочки выглядит рай.
Здешняя библиотека хоть и уступала размером своей Хогвартской конкурентке, но при этом не имела перед читателями никаких тайн. Гриффиндорка могла по своему желанию брать любую книгу, единственно ограничение состояло в том, что некоторые фолианты из-за их ветхости было запрещено выносить из здания, на котором лежали специальные чары, защищающие книги от губительного действия времени.
Гермиона сама не заметила, как буквально поселилась в Запретной Секции библиотеки Шармбатома, благо домовые эльфы не забывали снабжать её едой, вот только кровать перетаскивать сюда наотрез отказались.
Ну, не очень сильно и хотелось!
Пошатываясь от усталости, Гермиона встала и двинулась к выходу. В этот момент чья-то тень мелькнула у ног девочки.
От неожиданности гриффиндорка дёрнулась и больно ударилась о находящийся неподалёку шкаф. С верхних полок на голову волшебнице посыпались книги.
Немного придя в себя после книгопада, Гермиона начала старательно складывать упавшие книги на место, мимоходом отмечая их названия.
Неожиданно внимание Гермионы привлекла небольшая, потрёпанная книжка в ядовито-зелёном переплёте и с выведенной на обложке названием:
<i>История развития Парселтанга.</i>
Несколько секунд гриффиндорка тщетно вспоминала, где она раньше слышала это название.
А потом её мозг пронзила вспышка.
Именно так назывался язык, на котором маги разговаривали со змеями. Эта способность всегда считалась Тёмной, а её обладателей дальними родственниками Слизерина.
Гарри же им рассказывал, что благодаря именно этому суеверию в своё время Волан-де-морт сумел склонить часть аристократии на свою сторону.
Она хотела уже побыстрее убрать эту книгу в самый дальний угол и забыть, но рука в последнюю секунду застыла.
Ещё пару мгновений девочка боролась с собой, но любопытство пересилило.
Решив убедиться, что в ней нет ничего интересного, гриффиндорка открыла первую станицу.
В эту ночь Гермиона Грейнджер так и не добралась до своей комнаты.
Увлёкшись чтением, она даже не заметила, как кто-то тихонечко прошмыгнул рядом с ней в сторону выхода.
========== Цветок и змеи. ==========
- Гарри! Пожалуйста, задержись на минутку! - достиг юного мага мелодичный баритон подкравшегося Шарля в тот момент, когда он уже собирался вновь бежать на берег моря.
Тихо вздохнув и попрощавшись с отдыхом, мальчик приготовился к очередной порции неприятностей, которые не заставили себя долго ждать.
Сегодня вечно собранный Шарль выглядел как-то растерянно.
- Что-то случилось?
- Да. Понимаешь, о том, что я вернулся во Францию, откуда-то узнали мои родственники. Так что к обеду здесь будет довольно… многолюдно. И если честно, я бы не хотел оставаться с ними один на один. Конечно, никто насильно не потащит меня домой, мадам Максим не позволит твориться всякому безобразию на своей территории, но вот уговоров по поводу возвращения на родину “блудного сына” будет предостаточно.