- Он мой одногодка.
- Не шутите с такими вещами, молодой человек. В таком, не в обиду будет сказано, нежном возрасте невозможно принять кольцо Лорда.
- Но ему это удалось. Более того, он стал первым студентом в истории школы, кто защитил звание Магистра Зельеварения.
- Однако! - удивился Годрик. - Брат, я всё больше и больше хочу познакомиться с ним. Где же это дарование?
- Сожалею, лорд Гриффиндор, но Гарри Поттер учится не на нашем, а на Вашем факультете.
- Вау! - изумился Годрик. - Что скажешь, брат?
- Я скажу, что горжусь потомком. Ведь всем известно то, как я симпатизирую твоему факультету.
Студенты удивлённо переглянулись, но Основатели этого не заметили.
- Если у моего правнука столь благородный дух, что может быть лучше?
- Ага, - ухмыльнулась Ровена, - ведь это и в твоих интересах, особенно учитывая то, насколько твой потомок жаждет поговорить с тобой.
- Ровена, - скривился Салазар, - не язви. Это тебе не к лицу. Так где же мне его искать?
- С минуту на минуту мы ожидаем Гарри Поттера к нам в гости, - сказал Забини.
Салазар довольно улыбнулся, посмотрел на Годрика и сказал:
- Я рад, что наши факультеты по-прежнему поддерживают друг друга.
- Согласен, брат. Страшно подумать, что было бы, если бы наши факультеты враждовали.
Студенты вновь переглянулись.
- А вот, очевидно и Гарри Поттер? - сказала Ровена.
Толпа расступилась и к картине вышел высокий брюнет с пронзительными зелёными глазами.
- Я рад, что физическая подготовка стоит не на последнем месте моих студентов, правда я видел их не всех. Мы только мельком посмотрели на них. Нужно будет наведаться к ним ещё раз. - Годрик хищно улыбнулся. - Должен признать, брат, что мистер Тревор прав. У него твои глаза, как и в том, что... в общем, удачи тебе.
- Лорд Слизерин, - Гарри обозначил поклон.
Салазар кивнул головой.
- Лорд Гриффиндор. Леди Пуффендуй. Леди Рэйвенкло.
Дамы изобразили реверанс.
- Так значит Вы, молодой человек, мой потомок и действующий лорд Слизерин. Не слишком ли Вы молоды для этой чести?
Гарри молча поднял руку и продемонстрировал кольцо Лорда.
- Как Вы понимаете, молодой человек, я не в том состоянии, чтобы провести несколько диагностирующих заклятий на подлинность кольца, так что Ваш статус, в моих глазах, весьма сомнителен.
- Лишь Лорд может открыть Родовой Кодекс, - сказал Гарри.
- Верно, - согласился с ним Салазар.
- И лишь Лорду доступны записи о жизни далёких предков.
- И здесь я с Вами соглашусь. И что с того?
На лицо Гарри выплыла зеркальная улыбка лорда Слизерина.
- А то, что меня очень заинтересовала история создания одного из самых сильных слабительных зелий.
Улыбка Слизерина сползла с его лица.
- Если я не ошибаюсь, Вы желали сварить любовное зелье. Хотя нет. Вы решили его модернизировать и превратить его в своеобразный возбудитель для... женщин.
Слизерин заметно побледнел.
- Правда, то, что из-за маленькой ошибки у Вас получился не возбудитель, а, - Гарри широко улыбнулся, - слабительное, способное загнать свою жертву в комнату раздумий как минимум на сутки, Вы узнали лишь после испытаний.
- Лорд Слизерин, - на лице Салазара паника была написана крупными буквами, - уверяю Вас, что подробности совершенно не обязательны. Я вижу, что Родовая магия в Вас не ошиблась, и Вы будете достойно нести и приумножать славу нашего Рода!
- Ну почему же, - Годрик смотрел на мстительную улыбку Гарри Поттера, которая цвела буйный цветом на его лице, - мне вот тоже интересно, кем же была твоя жертв... км., - Годрик закашлял, пряча смех, - то есть я хотел сказать, очаровательная, и без сомнения, храбрая и самоотверженная... что? - он посмотрел на пунцовую Ровену Рэйвенкло.
- Годрик! - прошипела ведьма. - Ещё одно слово, и я тебе наглядно продемонстрирую, почему братья боятся своих сестёр.
По гостиной разнёсся хохот Пенелопы Пуффендуй:
- Так вот в чём дело?
- Вы серьёзно? - на лице Годрика вылезла кровожадная улыбка, и он посмотрел на своего названного брата.
- А я всё думала, - сказала сквозь смех Пенелопа, - чего это Вы оба поперхнулись вином, когда я спросила Вас о дне Вашего первого знакомства. И нет, милочка, не надо тянуть свои изящные ручки к моей шее. Она мне дорога как память, - тут Пенелопа взвизгнула и побежала прятаться за широкую спину Годрика.