- Я понимаю Вас, - сказала Елизавета II. - Понимаю, как никто иной. Более того, как мне известно, у присутствующих та же история. Разве что предкам Джуди Денч приходилось скрываться, как и Вашим, сэр Чарльз Кроуэн.
Начальник Скотленд-Ярда сэр Чарльз Кроуэн хмуро кивнул головой:
- Когда в соседних деревнях заполыхали костры, жители деревни, где жила семья моего предка, подумали, что если оговорить какую-нибудь семью, то инквизиторы деревню не тронут. Мой предок не знал об этом идиотизме. Но когда к дому моих предков шли инквизиторы с солдатами, они всё поняли. Семья была многодетной, но они могли спасти лишь одного ребёнка. Самого младшего. Его спрятали в выгребной яме. Он просидел по горло в нечистотах до ночи, потом смог потихоньку уползти. Всё время он молился о спасении. Ему повезло, что его не нашли. Он слышал как жители деревни проклинали его семью, но это их не спасло. Воистину говорят: "Бог шельму метит". В течении полугода все жители той деревни были отправлены на костёр вслед за первой семьёй. Все они сгорели в кострах. Кто-то раньше, кто-то позже. Они сами себе подписали смертный приговор, обратив на себя взор инквизиторов. Как мой далёкий прапрадед не умер с голоду, можно написать книгу. Ему было семь лет, когда он остался круглым сиротой. Однажды прапрадед, во время своих скитаний встретил человека, у которого оказалась возможность помочь ему.
- И как я понимаю, он ему помог, - сказала Елизавета II.
- Нет! И тогда прапрадед поклялся что ни он, ни его дети ни уподобятся подобным людям. Мой прапрадед прожил тяжёлую и страшную жизнь. Но он выжил. С тех пор наш род всегда старался помогать сиротам. Со временем мы богатели и наши возможности стали выше.
- Поэтому Ваш отец и основал фонд помощи "Дети Войны"?
- Да, Ваше Величество.
- Почему Вы не рассказали мне об этом, когда я спрашивала Вас?
- Извините, Ваше Величество, но это слишком личное.
- Но почему Вы больше не участвуете в программе своей семьи? Ведь Ваша семья была дважды награждена Нобелевской премией мира. Сначала Ваш отец, затем и Вы. И оба раза Вы переводили все деньги в фонд "Дети Войны". Если раньше Вы проводили среди сирот как можно больше времени, то теперь... Что случилось? Ведь Вы по-прежнему финансируете проект своей семьи, и даже существенно увеличили денежное вливание.
- Мне стыдно, Ваше Величество.
- Стыдно?
- Я женился и у меня появились дети. Я вижу разницу между моими детьми и сиротами, пережившими войну в разных точках нашей планеты. Солнце, его лучи и его тепло больше не касается их лиц. Эти дети больше не радуются жизни и не улыбаются. Мне стыдно перед этими сиротами. Ведь я не могу дать то, что есть у моих детей. Мёртвых не воскресить, а ужас прожитого навсегда останется в их душах. Но не это самое страшное.
- А что же?
Какое-то время сэр Чарльз Кроуэн боролся с собой, а затем хмуро пробормотал:
- То, как они смотрят на мир. Их глаза и их взгляд. Знаете, когда на вас смотрит ребёнок глазами старика, это по-настоящему страшно. Особенно, если у вас есть собственный ребёнок. Я - трус, Ваше Величество. Я боюсь вновь увидеть этот взгляд.
Какое-то время присутствующие молчали. Наконец Елизавета II сказала:
- Вы не трус, сэр Чарльз Кроуэн. Более того. Вы сделали не менее, а возможно, и более для сирот, чем Ваш отец. Да, Ваша семья многим сиротам подарила шанс на достойную жизнь. Но лично Вы сумели обезопасить НАШИХ сирот от произвола извращенцев и "денежных мешков", облечённых властью. Как бы ни было стыдно мне это признавать, но мы все знаем, что творилось в наших детских домах до того, как Вы заняли пост начальника Скотленд-Ярда. Да, Ваши предшественники на этом посту были порядочными людьми, но они оказались бессильны, так как у них не было того статуса и влияния, что есть у Вас. Как бы ни была длинна родословная этих извращенцев, какой бы они ни занимали правительственный пост, сколько бы они ни имели денег в банках, но Ваш авторитет и авторитет Вашей семьи перед всем миром заставил эту мразь прижать хвосты. Пока Вы на своём месте, ни один сирота в наших детских домах не будет безнаказанно унижен этими животными. Я знаю, что Вы не успокоитесь, пока мерзавец или мерзавцы, осмелившиеся поднять руку на самое святое, что есть у любого народа, не понесёт заслуженную кару. Эта главная причина, почему сегодня я пригласила лично Вас, но мы обсудим это несколько позже.