-Это не Вам решать, - ответил ей злорадный голос.
-А вот тут Вы ошибаетесь. Я не только заместитель директора, но и глава Попечительского Совета. Уверенна, что мои коллеги будут весьма удивлены узнав, что вы собирались напоить студентов сывороткой правды. А ещё я уверенна, что Ваши недруги, Скримджер, будут в восторге, когда получат повод вышвырнуть Вас с поста главы аврората.
-У нас чрезвычайная ситуация. Это даёт мне право принимать любые необходимые решения, согласно...
-В том случае, - перебила Скримджера Нарцисса, - и только в том случае, если Министром Магии в стране объявлено чрезвычайное положение. Вы же имеете право отойти от буквы закона лишь на поле боя.
-Уйдите с дороги, миссис жена Пожирателя Смерти! С Вами я побеседую отдельно..., в более интимной обстановке.
Из кабинета донеслось шуршание.
-Ка-а-а-к благаро-о-одно, молодые люди. - С издёвкой пропел Скримджер . - Решили вступиться за честь..., ах да! У вас же нет чести. Только голый расчёт. Решили выслужиться перед Люциусом Малфоем. Но Вы кое что не учли, молодые змеи. Наведя свои волшебные палочки на меня и моих людей, вы уже забронировали себе место в Азкабане. А теперь, - зарычал Скримджер, - опустите свои волшебные палочки, молодые люди. Леди Малфой, - в голосе главы аврората зазвучало неприкрытое злорадство и торжество, - по подозрению к соучастию бежавшего Пожирателя Смерти Крауча младшего, а так же за сопротивлению властям, Вы арестованы. Уиллис, приступай!
-Только через мой труп, - раздался голос Драко.
-Да будет так!
Это было последним, что успел сказать Руфус Скримджер, прежде чем сквозь осыпающую пеплом дверь в кабинет ворвалось тёмное облако. Тьма поглотила собой всех присутствующих и в комнате раздался треск от разрываемой одежды.
***
В комнате, заполненной мраком, тускло сверкнул зелёный огонёк. Затем раздался шорох и тут же грохот от падения чего-то тяжёлого.
-Твою мать! - Раздался сварливый голос Фаджа.
-Ты что-то сказал? - Со стороны повторно вспыхнувшего камина раздался голос Тревора.
-Это не тебе, Тони, а этому чёрствому креслу, пикси его залюби, и тому болвану, который поставил..., - в комнате раздался очередной грохот.
-Твою мать!
-Именно так я и изволил выразиться, - поддержал его довольный голос Фаджа.
-Корнелиус, сделай одолжение, зажуй лимончик, а. А лучше два. Во!
-Да иди ты, - судя по пыхтения Фаджу наконец удалось подняться с пола. - Люмос!
Однако заклятие эффекта не принесло.
-Люмос Максима! Тони, что за шутки?
-Это не я.
-Тони. - Раздалось в темноте. - Я серьёзно. Если с детьми что-то случиться, то я не посмотрю, что мы друзья..., - в комнате раздался очередной грохот, - ты чего творишь?! И вообще, ты не в моём вкусе! Вот будь ты смазливой...
-Тихо! Мы тут не одни!
-Тони. Ты уверен?
-Да. Мои чары говорят..., да тут куча народа! - На какое-то время воцарила тишина из которой доносилось то ли кряхтение, то ли похрюкивание. - Кто здесь?
-Тони? Корнелиус? - Раздался голос Нарциссы.
-Цисси? - Судя по голосу Фадж был явно удивлён и слегка напуган.
-Леди Малфой? - Так же вмешался Тревор. - Какого Дьявола тут происходит?
В темноте раздался раздражённый голос Гермионы:
-Я уверена, что в данный момент у кучи студентов, что собралось здесь тот же вопрос, что и у Вас, господин директор.
-Миссис Поттер?
-Леди Поттер, директор, - раздался холодный голос Гарри.
Тревор быстро сориентировался и понял, что очередная маска Поттера сброшена:
-Лорд Поттер? Как я понимаю, это Вам мы обязаны столь интимному освещению? Если это так, то не могли бы Вы...
Тьма, словно живое существо, втянулось в тело Гарри Поттера. Перед глазами Тревора и Фаджа предстала следующая картина.
У стены стояли студенты с факультета Слизерина в полном составе с палочками в руках. Заслоняя их стояла Нарцисса Малфлой так же с палочкой в руках. В свою очередь заслоняя мать стоял Драко. В одной руке он держал свою волшебную палочку, а в другой он сжимал волчий клык у себя на груди. Объединяло всю это композицию то, что они все целились в группу безоружных авроров, что стояли с противоположной стороны кабинета. В сторону Нарциссы скользнула тень огромной летучей мыши. Северус Снейп встал рядом с Леди Малфой и заслонил собой крестника. В глазах профессора горела решимость сражаться не на жизнь, а на смерть.