Лицо Гарри побледнело, и стало покрываться чешуйками.
-Знаешь, почему нас боятся? - Вместе с морозным паром выдохнул Гарри.
Студенты вновь почувствовали присутствие дементора. Вот Гарри поднял правую руку, и его почерневшие ногти начали стремительно отрастать. Наёмник оторвался от глаз Гарри и заворожённо смотрел, как ногти превратились в десятисантиметровые когти.
-Закройте глаза, - раздался голос Гермионы. Её омертвевший взгляд прошёлся по профессорам и студентам. - Вам не нужно этого видеть.
В следующее мгновение Гарри воткнул свои когти в лицо наёмника на всё их длину. В зале раздался душераздирающий крик. Кто-то из студентов отвернулся. Кто-то, закрыл руками свои уши. Но на большую часть студентов напал ступор, и они по прежнему, заворожённо, смотрели на происходящее.
Внезапно крик усилился. Из под когтей брызнула кровь, а по лицу наёмника, потекли алые струйки. Гарри начал сжимать пальцы в кулак, когтями прорезая и разрывая плоть на лице. Одновременно с этим, он потянул руку на себя.
-Закройте глаза, - повторила Гермиона.
Дамлдор смотрел на Гарри, и не верил своим глазам. Хотя это уже казалась не возможным, но крик наёмника вновь усилился. Его лицо подёрнулось призрачной дымкой, и как бы стало раздваиваться. Спустя несколько секунд призрачная дымка стала приобретать копию лица наёмника. И лишь теперь Дамблдор понял, что происходит. Гарри вырывал душу наёмника из его тела. Вырывал медленно, да бы наёмник смог полностью осознать происходящее. Увеличенная магическая сила сыграла с Дамблдором злую шутку. Дамблдор не только видел, но и чувствовал, как начали рваться связи между душой и телом. Крик наёмника превратился в хор из двух голосов. Отшатнувшись, Дамблдор так же стремительно закрыл свои уши ладонями. Теперь не только Дамблдор, но и присутствующие слышали не только то, как кричит тело, но и душа. Тело наёмника начало биться в агонии.
Гарри оторвал горящий взгляд от наёмника и посмотрел на Дамблдора. И вот теперь Дамблдору стало по настоящему страшно. Если раньше он видел у страха лишь тень, то теперь он увидел его лицо. Тело Дамблдора парализовал ужас, а Гарри всё не спешил закончить начатое, всё так же глядя в глаза бывшего директора школы. Взгляд Гарри дал понять, кого он хочет держать вместо наёмника, и Дамблдор это понял. Его мочевой пузырь не выдержал, и по его ноге побежала горячая струя.
Неожиданно, хор из двух голосов, вновь превратился к крик. Но теперь кричала лишь душа. Взгляд наёмника остекленел, и теперь, равнодушно, смотрел перед собой. На лицо были все симптомы от поцелуя дементора. Стоило Гарри разжать руку, как тело наёмника рухнуло на пол, а его душа забилась в судорогах. Отрастив на другой руке когти, Гарри провёл ими по призрачной копии наёмника. Если раньше присутствующие в зале думали, что слышат оглушительный крик, то теперь, по сравнению с тем, что они услышали, предыдущий крик показался им шёпотом. Многие волшебники и волшебницы рухнули на колени, усиленно сжимая свои уши - ладонями. Кто-то уже лежал в позе эмбриона, закрыв свою голову руками. Гарри ещё несколько раз провёл по призраку когтями, а потом резко взмахнул рукою сквозь горло призрака. Крик внезапно оборвался и наступила оглушающая тишина. Призрак по прежнему открывал рот в беззвучном крике, а Гарри, словно обезумевший мясник, начал размахивать рукой, нанося когтями удары. После каждого удара, от призрака отлетал кусок оторванной призрачной плоти. Удар следовал за ударом. Призрак уже заметно ослаб и из последних сил бился от боли и агонии, силясь вырваться. Вот рука пробила грудь призрака, и схватила сияющую звезду. Рывок назад, и те лохмотья, что когда то имели очертания человека, окончательно растаяли в воздухе. Несколько секунд Гарри смотрел на сияющую звезду в своей руке. Каким то образом и вырванная душа, и Дамблдор, поняли, что сейчас произойдёт. От вырванной души наёмника, словно волнами начал расходиться страх и отчаяние, а Гарри, открыв свой рот, поднёс к нему душу.
"Он её что, собирается...?", - мелькнула мысль в голове Дамблдора, но додумать её он не успел.
-Гарри, - раздался холодный голос Гермионы. - Брось каку.
Гарри вопросительно посмотрел на жену, а душа, в его руке, испуганно сжалась.