-Не играй со мной, Руфус. - - Августа демонстративно медленно подняла свою волшебную палочку в направлении министра. - Ты не настолько больной ублюдок, чтобы отправить детей в Азкабан на прокорм дементорам. Где дети?
-Ну..., - задумчиво протянул лорд Гринграсс, видя что Скримджер, по непонятным причинам, не торопиться отвечать на вопрос, - Амбридж он не арестовал. И на её пытки девочки, он прореагировал спокойно. Даже встал на её защиту. Власть, знаете ли, показывает внутреннюю суть человека. Даже желание Амбридж...
Глаза лорда Гринграсса широко расширились от пришедшей догадки, и он посмотрел на леди Лонгботтом, которая смотрела на него такими же глазами. Похоже, что они пришли к одному и тому же выводу. Глаза лорда Гринграсса и леди Лонгботтом заметались от Скримджера к Азкабану и обратно. Вот глаза Гринграсса сузились в две багровые щёлки и его голос прошелестел, словно меч, вынимаемый из ножен:
-Только не говори мне, что ты нарочно тянешь время, потому что в этот самый момент жену Гарри Поттера..., насилуют.
Скримджер отшатнулся и его лицо побледнело. Такого поворота в их разговоре он явно не ожидал.
-Они не должны покинуть это место, - раздался холодный голос жены лорда Гринграсс. - Вот она подняла палочку и накрыла всех волшебников куполом.
Скримджер мельком посмотрел на купол, и, судя по его взгляду, он ему был не знаком. Перехватив его взгляд, леди Гринграсс ядовито улыбнулась:
-Одна из разработок матери той самой девочки-сироты, которой угрожал твой наёмник. Пока я его не сниму, ни трансгрессией, ни ногами вы это место не покинете. И нет, проломить купол у вас не получится. Мать Луны Лавгуд была гением!
-А теперь, - вновь вмешался лорд Гринграсс, - господа, вы арестованы. Будьте добры, положите свои волшебные палочки на землю.
Скримджер лихорадочно просчитывал ситуацию.
"Хоть лорды и кичились своей родовой силой, но их было меньше, чем наёмников. Хотя нужно отдать должное, от оглушающих заклятий наёмников, они отбились, чуть ли не играючи. Так что даже в худшем случае, их силы равны. Мы просто уничтожим друг друга. Лорды не могут этого не понимать".
Все эти мысли пронеслись в голове Скримджера, и на его лице появилась кривая улыбка:
-А если мы откажемся?
-Вы осмелились тронуть самое священное для любого волшебника. Вы тронули наших детей. Если вы не сдадитесь, вы умрёте.
Скримджер продолжал судорожно просчитывать ситуацию. Разговор окончательно свернул не в ту сторону. Речь стояла уже не о том, что бы сохранить за собой кресло министра. Теперь речь шла о выживании.
-Вы хотели сказать, что мы все умрём. Вы тоже. - Скримджер всеми силами затягивал разговор, продолжая искать выход из этой ситуации.
Лорд Гринграсс равнодушно пожал плечами. И это равнодушие сказало наёмникам больше, чем слова. Они не отступят. В наступившей тяжёлой тишине, чуть в стороне от двух групп волшебников, несмотря на антиаппарационный барьер, вспыхнуло пламя, из которого показался силуэт волшебника. И от этой вспышки у одного из наёмника не выдержали нервы.
-Авада Кедавра!
Леди Гринграсс увидела появившегося Дамблдора, но произнесённое заклятие заставило её вновь обратить своё внимание на наёмников. Она уже начала поворачивать голову, но боковым зрением успела уловить приближающийся зелёный луч.
Время для лорда Гринграсса остановилось. Зелёный луч смертельного проклятия летел в сторону его жены. Это лорд Гринграсс понял сразу. В конце концов наёмник поступил верно. В первую очередь следовало убить того, кто наложил непробиваемый купол. Ведь, как правило, хоть и не всегда, со смертью волшебника или волшебницы, чары, наложенные им, рассеиваются. Его жена отвлеклась. Это лорд Гринграсс понял сразу. А значит, не успеет отреагировать и уклониться. Он так же не успеет её выдернуть, или вытолкнуть из под удара. А потому лорд Гринграсс поступил так, как и следовало поступить любому аристократу его положения. Да, и просто любящему жену мужу. Он сделал шаг.
Следующая минута жизни Дамблдора разбилась на мгновения. Вот мгновение, и Фоукс перенёс его на берег моря, вблизи Азкабана. Мгновение, и он видит две группы волшебников, которые молча наставили друг на друга свои волшебные палочки. Мгновение, и один из наёмников отправляет зелёный луч смертельного проклятия. Мгновение, и лорд Гринграсс делает шаг, вставая между проклятием и своей женой. Мгновение, и ошарашенные взгляды всех присутствующих провожает падающее тело лорда. Немая тишина и осознание случившегося. А в следующее мгновение волшебники пропадают в зелёном свете сотен смертельных проклятий, которые они отправили навстречу друг другу. Дамблдор решил, что ему тут не рады, и вновь призвал феникса, отметив для себя, что волшебники применяли исключительно Аваду Кедавру. Не было ни одного взрывного, или оглушающего проклятия. Да что говорить, даже круциатус не было. Все били исключительно на уничтожение противника. Уже в момент трансгрессии Дамблдор краем глаза успел заметить появившегося Волан-де-Морта, со своими головорезами.