Призрак моей новой матери прошептал что-то успокаивающее и ободряющее. От неё исходила странная энергия, которая наполняла меня. На мгновение мир стал белым, а потом зрение вернулось, и она исчезла.
Передача была завершена. Драгоценный камень и всё, что в нём было, теперь принадлежало мне. Я глубоко вздохнула. Она была так добра, моя новая мать. Если бы только у нас было больше времени.
Я пошла. Один шаг, два… Слишком медленно. Я сдвинула мир с места, развернула его к себе, преодолела десятки метров одним шагом, а потом и сотни. Я шла и шла, не уставая, по каменистым и земляным склонам, от которых пахло смолой, пока не поднялась на холм передо мной.
За первым холмом возвышался второй. На его вершине располагалось скопление из шести тёмных башен. Они были глянцевыми и чёрными, как кристаллические обсидиановые пики высотой около тридцати метров. Время и стихии разрушили их поверхность, оставив на них выбоины в тех местах, где камень изъела старость. В сплошных стенах не было окон.
Я подошла к самой высокой башне. Камень расступился, как вода, пропуская меня, и я вошла. Внутри башня была полой. Я оказалась на нижнем этаже, на узком выступе, огороженном каменными перилами. Чёрные стены, непроницаемые снаружи, изнутри становились почти прозрачными, окрашивая небо и горящий поток лавы, но не скрывая их. Надо мной по периметру располагались каменные балконы в шесть уровней. Три нижних яруса были заполнены мужчинами-грессами в тёмных одеждах, в трёх верхних ярусах находились женщины-грессы в кольчужных вуалях, облачённые в многослойные одеяния из прозрачной чёрной ткани.
Под моим выступом, в круглой яме кипела лава. Над ней возвышалась узкая каменная дорожка, ведущая к круглой платформе шириной в пять метров, вырезанной из блестящего чёрного кристалла. Он был похож на вулканическое стекло, но всё же отличался от него, потому что лава расплавила бы его дотла. В центре платформы стоял прямоугольный стол.
На столе лежало тело женщины-грессы. Она была одета так же, как стражи на верхних уровнях, а нижняя половина её лица была скрыта кольчужной вуалью. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть её. Кожа вокруг её закрытых глаз была сморщенной, как старая кожа. Жизнь в ней едва теплилась. Она делала последние вздохи.
Высокий мужчина-гресс направился к возвышению, ступая по бурлящей лаве. Жрец своего народа. Он подошёл к телу и поднял четыре руки, металлические браслеты на его тонких запястьях тихо звякнули. Он издал протяжный вопль, торжественный, как гимн. Он наклонился и разрезал одежду, обнажив её тело. На груди лежал металлический амулет — тёмное кольцо с выгравированными на нём пятью лунами.
Женщина-гресс выдохнула, и последние мгновения её жизни вернулись в космос.
Жрец потянулся к её амулету, коснулся его и произнёс шипящее слово. Амулет стал красным, затем жёлтым. Тело гресса начало распадаться, а кожа почернела.
В храме царила полная тишина. Скорбящие стояли неподвижно.
Амулет засиял белым светом. Одежда покойной загорелась. На мгновение она засияла, словно была соткана из живого пламени, а затем огонь погас, оставив после себя пепельный труп. Жрец прикоснулся к нему, и обугленное тело распалось на части, осыпавшись в лаву.
Подошёл другой жрец, неся на руках обнажённого младенца-гресса. Младенец мяукал, как котёнок, размахивая шестью конечностями. Жрецы положили его на стол и подняли руки. Над ними вспыхнула искра, которая превратилась в амулет на тонкой цепочке. Первый жрец взял его и аккуратно надел на шею младенца.
Позади меня поднялась суматоха. В башню вошёл мужчина-гресс. Два жреца одновременно зашипели, и трое мужчин-грессов бросились наперерез незваному гостю. Незнакомец толкнул их, пытаясь прорваться внутрь. Один из защитников-грессов полоснул его. Тёмная одежда незнакомца распахнулась, обнажив голую грудь без амулета.
Все собравшиеся зашипели. Звук был таким громким, что заглушил всё остальное.
Главный жрец взмахнул рукой, и все замолчали. Жрец открыл рот, обнажив неровные зубы. Чужие звуки слились в слова.
— Тебе здесь не место, бездушный.
Захватчик выбежал из башни.
Эти знания были важны, но их было недостаточно. Они касались грессов в целом, но мой противник был каэлем. Мне нужно было больше информации.
Я пошевелила рукой, подчиняя видение своей воле. Храм исчез. Я прокручивала мир в поисках нужной комбинации данных. Вокруг меня сменялись горы и долины, небо то темнело, то светлело, луны то восходили, то заходили…