Леон даже не пытался встрять в разговор. Он прислонился позади меня к креслу и иногда воровал из моей вазы виноградинки.
Прерывать такой спектакль нам казалось кощунством.
Под конец, спустив пар и поделившись щедрой порцией ругательств, Исмар махнул рукой в мою сторону и холодно спросил у Рейна:
— Эрида обрела магию, но до конца так и не научиласб ею управлять. Ты хочешь рискнуть жизнью сестры?
— В сотый раз повторяю, — Рейн уже рычал. Бессмысленный спор забрал большую часть его сил, я заметила вспотевший лоб и каплю пота, стекающую по виску. Показывать свою слабость перед Исмаром брат показывать не хотел, поэтому терпел. — Ей ничего не угрожает, наемниками Венса займемся мы. Эриде нужно будет только проследить, чтобы Фира не навредила себе по приказу хозяина.
— А если её ранят?
— Вокруг будет охрана, тем более, мы с Леоном перетянем все внимание на себя. Это не считая отряда гвардейцев.
Мы с Леоном одновременно нахмурились, когда Рейн намекнул, что тоже будет присутствовать. Но я отмахнулась от этой мысли. Говорит ли он это для Исмара или действительно верит, неважно. Все равно Рейн останется в безопасности.
На Исмара никакие аргументы не действовали. Рейн упрямствовал, повторял одно и тоже, приводил новые аргументы, но все они разбивались об угрозу Исмара выдать нас Катрею.
— Вы и так заигрались, дети! — фыркнул Исмар, скрестив руки на груди. — Решили, что взрослые и можете самостоятельно принимать решения, но почему-то из-за вас страдают другие. — И прежде, чем я могла что-либо сказать язвительное по поводу нашего разрыва, он начал перечислять: — Кассандра до сих пор выглядит поникшей, спит по три часа в день. Катрей вообще спать перестал, все время посвящает делам нового континента, лишь бы не задумываться над тем, что его дети чуть не погибли. Вы чуть не погибли, черт возьми! И открыли новый континент, война на котором рано или поздно, как только другие королевства узнают об этом, наверняка заденет нас всех.
Исмар замолчал, выпустив пар. Он отвернулся, положив сжатые в кулаки руки на подоконник. Судя по его напряженным плечам, до положительного ответа нам было далеко.
Хорошо, что боги меня лишили эмоций, а не логики. Играть на чувствах других, особенно на чувствах Исмара, я все еще умела.
— Фира важна для Рейна, — мягко начала я. Исмар не повернулся, но я прекрасно знала, что он слышит каждое мое слово. — Как бы ты поступил на его месте? Неужели оставил бы все, как есть?
— Я бы вломился в дом Венса со всей стражей и перебил бы его приспешников, — отозвался Исмар. Злился он гораздо меньше, его голос стал тише.
— Согласно нашим шпионам, в доме Венса за последние три недели побывали четверо темных магов, — терпеливо напомнила я. — Неизвестно, каких смертельных ловушек они понаставили. Единственное верное решение — арестовать его во время церемонии в храме.
— С этим могут справиться и без тебя, — возразил он.
— Я знаю, — кивнула я. Воспользовалась тем, что Исмар отвернулся, и закатила глаза. — И не собираюсь помогать в аресте Венса. Я буду находиться рядом с Фирой. Кто знает, что приказал ей сделать этот ублюдок с собой. Чтобы она не навредила себе, я буду рядом с ней и при необходимости воспользуюсь своей магией, усыпив её на время.
Исмар повернулся и тяжело уставился на меня. Впору бы поежиться, но я стойко выдержала его взгляд.
— В конце концов, ты можешь быть рядом, чтобы меня защитить, — пожала плечами я, ударяя по самому больному. Исмар наверняка не отпустил бы меня без защиты.
И сейчас он сдался. Стал активно участвовать в разработке плана и подготовке гвардейцев к захвату. Я им не мешала, крутилась около отца, отвлекая его внимание. Он прямо светился от гордости, когда я помогала ему, даже если просто требовалось налить чернила в чернильницу.
20.5
***
Настал тот самый день. Рейн чувствовал себя гораздо лучше, обходился без трости и даже собирался находиться в храме вместе со всеми. Но тут уже мы с Леоном пригрозили ему, что расскажем правду родителям о его новом состоянии. Сошлись на том, что Рейн будет ждать в темнице, куда и приведут Венса.