Она писала около часа, полностью погрузившись в процесс, когда в дверь постучали. Ритмично, настойчиво. Не как стучит Ирина. Элис нахмурилась, отложила кисть.
«Кто там?» — спросила она, не открывая.
«Доставка для мисс Тейлор», — прозвучал нейтральный мужской голос. «Нужна подпись».
У Элис сжалось сердце. Она ничего не заказывала. И Кайран — тем более. Он бы предупредил. Она посмотрела в глазок. В коридоре стоял курьер в униформе с логотипом известной службы доставки, держа в руках плоскую картонную коробку. Его лицо было обычным, ничем не примечательным.
Осторожность, вбитая в нее месяцами жизни с Кайраном, заставила ее медлить. «Я ничего не заказывала. Оставьте у двери».
«Не могу, мэм. Товар ценный. Требуется личная подпись. Инструкции от отправителя».
Отправителя. Сердце Элис забилось чаще. Может, это Лео? Какая-то неуклюжая попытка загладить вину? Или…
Она медленно, все еще сомневаясь, повернула ключ и приоткрыла дверь, оставив цепочку.
Это была ее роковая ошибка.
В тот момент, когда щель между дверью и косяком стала достаточно широкой, мощный удар пришелся в дверь. Цепочка лопнула с сухим треском, как ниточка. Дверь распахнулась, ударив ее по лицу. Она отлетела назад, на мгновение ослепленная от боли и шока.
В студию ворвались двое. Не курьер. Двое крупных мужчин в темном, с пустыми, профессиональными глазами. Первый схватил ее, прежде чем она успела вскрикнуть. Его ладонь с силой прижалась к ее рту, почти ломая челюсть.
---
Кайран работал в кабинете, когда его телефон завибрировал единожды — сигнал тревоги от приложения, связанного с трекером Элис. Он взглянул на экран. Маршрут до студии был пройден. Но трекер показывал, что она не в студии, а движется с большой скоростью в промышленный район порта. И движется уже двадцать минут.
Ледяная волна прокатилась по его телу. Он набрал ее номер. Абонент недоступен.
Он поднялся из-за стола, и его лицо стало маской из чистого, неразбавленного льда. Он вышел в гостиную, где Лео все так же сидел у окна.
«Элис похитили», — сказал Кайран. Его голос был абсолютно ровным, но в нем была такая концентрация силы, что воздух в комнате казалось сгустился.
Лео резко обернулся. Шок на его лице сменился чем-то другим — пониманием. «Это… это из-за меня?»
«Пока не знаю, — Кайран уже набирал номер Ирины и службы безопасности. — Но сейчас это не имеет значения». Он посмотрел на сына, и в его взгляде не было упрека.
Лео замер на секунду, затем его собственное лицо застыло в решимости. Он кивнул. «Что мне делать?»
«Иди к компьютеру. Войди в систему, к которой я тебе предоставил доступ. Отследи все камеры по маршруту ее движения. Ищем фургон, микроавтобус, любую машину без окон. Номерных знаков, скорее всего, нет или они поддельные. Ищи аномалии».
Лео кивнул и бросился к рабочей станции, которую Кайран выделил ему днем ранее.
Кайран тем временем отдавал приказы, его голос был холоден и точен.
Ирина вошла в кабинет, ее лицо было бледным. «Я проверяла окрестности студии. Соседи ничего не видели. Камеры на подъезде были заглушены.
Кайран тем временем извлек из сейфа оружие. Проверка магазина, затвора — автоматические, выверенные движения.
«Нашел...Черный фургон, — через десять минут крикнул Лео, его голос сорвался от напряжения. — Без номеров. Выехал из переулка у ее студии. Двигается... Остановился. Портовый склад №7. Камеры рядом отключены. Профессионалы».
«Не профессионалы, — поправил его Кайран, его взгляд был острым, как лезвие. — Профессионалы не оставляют таких следов. Это демонстрация. Они хотят, чтобы мы их нашли».
Он посмотрел на сына. «Ты остаешься».
«Нет! Я могу... Я могу взломать их внутреннюю сеть, если она есть! Отключить свет, связь!»
Кайран оценивающе посмотрел на него. В глазах юноши горел огонь, но не истеричный, а собранный. Огонь, который он узнавал.
«Делай. Но если что-то пойдет не так...»
«Я знаю. Беги», — Лео кивнул, его пальцы уже летали по клавиатуре.
Глава 9. На грани.
Студия Элис была осквернена. Дверь взломана, холсты валялись на полу, краски растеклись по полу яркими, абсурдными лужами. Саму Элис держали двое. Они не были безликими наемниками. Один, высокий и жилистый, со шрамом через губу, называл себя Марком. Второй, коренастый и молчаливый, был просто Громилой.