— Слишком торопишься, — наставительно заметил он, отводя очередной неуклюжий выпад Гала. — В бою важна не только сила, но и терпение. Тебе стоит больше изучать противника и меньше мельтешить.
Когда солнце начало клониться к закату, отряд собрался вместе, чтобы подвести итоги дня. Балин достал свой блокнот и кристаллический резонатор, который использовал для анализа воды.
— Показания действительно тревожные, — сообщил он, сверяясь с записями. — Концентрация магических частиц в воде превышает допустимый уровень в три раза. Особенно меня беспокоит их нестабильная природа.
Лайолана внимательно изучала пометки гнома:
— Это похоже на те данные, что мы видели в библиотеке Карх-Дуна. Там упоминалось о взаимосвязи между состоянием магических потоков и качеством воды.
Балин кивнул:
— Именно. Я предлагаю, когда доберёмся до архивов вновь, сравнить эти показатели с древними картами магических путей. Возможно, мы сможем определить источник загрязнения.
Мелиэль задумчиво посмотрела на ручей:
— Значит, следующим шагом будет проверка архивов. Если эта связь действительно существует, мы должны найти способ её исправить.
Постепенно разговор перешёл в более личное русло – каждый делился воспоминаниями о доме. Арна первой нарушила задумчивую тишину:
— Гал, а ты помнишь тот маленький чайный домик на окраине Харта? — её глаза засветились теплом. — Там подавали невероятно ароматный имбирный чай с медом. Я всегда заказывала его, когда приходила сдавать экзамены в Академии. Говорят, там была какая-то особенная магия – ни разу не провалилась.
Гал рассмеялся:
— Да уж, ты однажды так увлеклась беседой с хозяином, что забыла про сам экзамен! Пришлось бежать через весь город!
— Да уж, — Арна улыбнулась. — Но он и правда знал удивительные вещи о травах...
Лайолана задумчиво смотрела на огонь:
— А я скучаю по зимним вечерам в башне. Когда снаружи бушевала метель, а внутри трещал камин... Мама всегда пекла булочки с корицей, и мы с сестрой устраивали целые представления перед родителями.
Мелиэль тихо добавила:
— В Лесу тоже есть такое место... Озеро, где мы с матерью любили наблюдать за светлячками. Они создавали причудливые узоры в воздухе, словно танцевали...
Элгарт долго молчал, глядя на пламя. Его лицо стало ещё более задумчивым.
— Мой дом... — наконец произнёс он. — Его уже нет. Даже фундамент зарос травой много веков назад, но знаете, по кому я действительно скучаю? По людям. Столько друзей ушло... Особенно те, кто был из менее долгоживущих. И всё же... каждый из них оставлял свой след.
Он вздохнул, но затем неожиданно улыбнулся:
— Хотя были и забавные моменты. Помню одного молодого эльфа, который никак не мог запомнить простейшее заклинание очищения воды. Вместо этого он постоянно превращал её в желе. Мы все смеялись, а он так старательно хмурился, что становилось ещё смешнее.
Дофф, до этого момента молча слушавший, заговорил негромко:
— В Дрейл-Торне есть старое дерево посреди одной из площадей. Когда я был маленьким, то считал его живым существом — таким мудрым и древним. Иногда, когда мне было грустно, я приходил к нему и разговаривал. Интересно, оно всё ещё там?
Вейрон хмыкнул:
— Если это то самое дерево, что я помню, то оно переживёт ещё не одно поколение дроу.
Общий смех немного разрядил наступившую тоску. Каждый из них понимал – возможно, они больше никогда не увидят свои дома. Но именно эти воспоминания делали их путь чуть легче, напоминая, ради чего они сражаются.
— Знаете, — произнесла Мелиэль, — может быть, когда всё закончится, мы сможем найти новое место, которое станет домом для всех нас?
Её слова повисли в воздухе, но в глазах каждого загорелась искра надежды. Даже Элгарт улыбнулся — впервые за долгое время по-настоящему тепло и светло.
Глава 13. Тени на пути. Дорога в Грод. Месяц Цветения. Год 1287 от Падения Равновесия.
Рассвет встретил их мягким, золотистым светом, пробивающимся сквозь редкие кроны деревьев. Воздух был свеж и прохладен, пропитан запахами увлажнённой ночной росой травы и древесной коры. Где-то вдалеке перекликались птицы, но их голоса казались приглушёнными, словно сама природа затаила дыхание, наблюдая за теми, кто отправлялся в путь.
Мелиэль огляделась вокруг, её зелёные глаза внимательно изучали местность. Лес постепенно редел, уступая место пологим холмам, поросшим низкорослыми кустарниками. К югу виднелась широкая равнина, теряющаяся в утреннем тумане. Дорога, по которой они двигались, была утоптанной, но не слишком оживлённой — редкие следы указывали на то, что здесь недавно проезжали повозки. Однако тревогу вызывало не это, а глубокие борозды, оставленные колёсами, слишком тяжёлыми для обычного торгового каравана.