— Это мои родственники, — торопливо сочинила я. Вис прыснул, испортив легенду, и я добавила: — Дальние. Очень-очень дальние и нелюбимые.
Когтистая лапка изящно перехватил ладошку Гариты и наклонился, касаясь её губами:
— Миледи бессовестно врёт. Лично я — точно ей не родня. Я всего лишь безнадёжно и страстно влюблённый кавалер, который жаждет внимания и снисхождения.
— А получает тумака, — закончила я за него.
— Холодна и недоступна, — Вис приложил руку к груди, но увлёкся, поправляя любимый плащ, так что изобразить скорбь не вышло. — Но мы ещё посмотрим, кто кого.
— Кто кого что? — подозрительно уточнила я.
Морис пошленько заржал, Мелкий покраснел. Вис невозмутимо ответил:
— Убедит. Кто кого убедит.
Гарита медленно перевела взгляд с подтянутого обнажённого пуза Мелкого (выше смотреть было страшно) на макушку Мориса, а с неё — на румяную физиономию рыжего нахала. Сильнее вцепилась в моё плечо, но поддержки не почувствовала, поэтому попятилась:
— Знаешь, Варна, пойду я. У меня там…
— Каша убегает? — ехидно предположила я.
— Ага, она. И я тоже того… побегу. И… знаешь что?
Соседка поманила меня, косясь на троицу мужиков: не подслушают ли?
— Чего?
— Только ж ты никому!
— Гарита, за кого ты меня принимаешь? Разве мы с тобой станем сплетни разносить? — не скрывая иронии, поинтересовалась я.
Она хмыкнула, но предпочла не заметить укола.
— Городничего-то нашего того… ограбили!
— Да что вы говорите? — шёпотом встрял Вис, невесть как оказавшийся рядом, наклонившийся к нашим лицам и навостривший ушки. Удивление он при этом изображал куда лучше, чем мы с Гаритой вместе взятые. — Вот же люди! Как земля таких носит?! И что стащили?
Гарита мгновенно переключилась на более благодарного слушателя:
— Да мне-то почём знать? Разве кто будет рассказывать простой женщине про украшенный каменьями подсвечник, шкатулку с драгоценностями и флягу того… как её? Колленкционную, во!
Вис, только что приложившийся к фляге с травяной настоечкой, закашлялся, поспешно заткнул пробку и спрятал бутыль во внутренний карман плаща.
— Кошмар!
— Ужас! — поддержала Гарита.
— А подсвечник на сколько потянет? — деловито уточнил Мелкий, но тут же получил от Мориса пинок под колено. — Ай, ты чего дерёшься?
— Лет на шесть каторги, — прищурилась я на рыжего. И без того ясно, кто в этой шайке заводила.
Но тот только озорно улыбнулся краем рта и чуть приподнял плечи, мол, что я могу поделать? Случайно как-то вышло…
Я посмотрела на его медные кудряшки, непрестанно шевелящиеся на ветру, на веснушки, точно перебегающие с места на место… и решила не злиться. В конце концов, городничий не обеднеет.
Вскоре Гарита поспешила убраться. Теперь же нужно не только новость про городничего разнести, но и рассказать про непотребные отношения ведунки сразу с тремя разномастными мужиками! Кроме неё, с таким делом никто достойно не справится.
Избавиться же от элитного охранного оказалось куда сложнее. Вис намекал, подмигивал, отпихивал то одного, то второго, но коротышка и гигант, терпко попахивающие потом, грязные, замученные (я старалась!) и крайне этим недовольные, всё равно тащились следом.
— Ребят, ну честное слово, мы прогуляемся без вас, — с нажимом повторял рыжий. — Девушке нужно побыть одной, так сказать, почувствовать связь с предками. Я вполне смогу защитить её, если что.
— Угу, — поддакивал сердитый Морис. — Ты пальчик занозишь — и сразу в крик. Толку от тебя, как от рыбы сыра!
В какой-то момент Вис ухитрился положить мою руку на сгиб своего локтя, но к тому времени, как я обратила на это внимание, вырываться было уже поздно.
— Ребята, вы устали, — убеждал их вор. — Вам домой хочется.
— Да ничего, мы ещё пошатаемся! — благодушно возразил Мелкий.
Вот уж не думала, что лис умеет злиться, но, кажется, у него и правда от раздражения заскрипели зубы.
— Ребята, — взмолился он, прикрыв рот ладонью, чтобы я не расслышала (но я, конечно, расслышала), — у меня ж тут жара пошла! Ну что вы как эти, ну?
«Ребята» понимающе переглянулись и злодейски потёрли ладошки: им явно с самого начала хотелось куда-то тащиться куда меньше, чем подгадить другу. И тут я их прекрасно понимала: не сделать подлянку Вису — это ж какой силой воли надо обладать!
— Что говоришь? — подчёркнуто громко уточнил Морис.
Мелкий тоже приложил к маленькому ушку огромную ручищу:
— Ась?
— Я говорю… — безнадёжно попытался повторить лис.
— Он говорит, жара у него тут пошла, — не выдержала и заржала я, согнувшись пополам и повиснув на локте воришки. — Вот только извини, бельчонок, но у тебя ничегошеньки не идёт!