— Моя мать каждый раз тычет мне в лицо моими детскими снимками. И каждый раз она говорит, что ты нагуляла Алёну.
Его слова похожи на острые ножи, впивающиеся в мое сжавшееся сердце. Закусываю губу от обиды, и чувствую, как к горлу подкатывает удушающий ком.
— Но ведь только мы с тобой знаем правду, — шепчу я, прожигая мужа хмурым взглядом.
— Да, — нервно выплевывает он. — И правда в том, что она - не моя дочь!
— Я знала! Я всегда знала, что настанет тот день, когда ты это скажешь. Ты не смирился с этим, но ведь ты знал на что ты шел. Я не давила на тебя, не умоляла, не упрашивала. Ты сам принял такое решение, а я поддержала.
— Я был уверен, что я смирюсь с этим. Забуду. Но какому мужику понравится то, что его жена забеременела от донора? Ладно, если бы ты родила сына…
Илья резко замолкает, сообразив, что сказал лишнего.
— Что было бы тогда? — я подхожу к нему близко и расстроено шиплю в его лицо. — Сын тоже был бы не твоим.
— Так бы он носил мою фамилию, хоть какое-то продолжение рода.
Из меня вылетает нервный смешок. И я понимаю, что мое терпение лопнуло.
— Все, с меня хватит.
Я тут же разворачиваюсь и, не веря своим ушам, бреду в спальню.
Илья остается в комнате, даже не пытается догнать меня и извиниться. Вся та чернота, с которой он жил эти годы, сегодня выплеснулась наружу.
Я предполагала, что рано или поздно такой разговор состоится, но что я услышу столь неприятные откровения, я не предугадала. И была морально к такому не готова.
Всю мою беременность Илья был рядом, ездил со мной в больницу, ждал рождения ребенка. И все было идеально до первых коликов. Как только Алёна дала нам жару, его отцовский инстинкт сдуло в неизвестном направлении.
Закрываю за собой дверь и беру в руку телефон. Пишу сообщение сестре:
«Твое предложение еще в силе?».
Ответ приходит сразу.
«Конечно, я всегда жду вас!»
«Я приеду на самом раннем автобусе, сможешь нас встретить на автостанции?».
«Как возьмешь билет, сразу же напиши мне время прибытия. Я обязательно вас встречу».
Отложив телефон, я окидываю комнату взглядом. В углу горит ночник, дочка спокойно спит. А мне хочется взять ее в охапку и прямо сейчас убежать из этих стен. Они начинают давить на меня, перекрывая кислород.
Теперь у меня сна ни в одном глазу. Тихо опускаюсь на коленки, достаю из-под кровати старенький чемодан. Надо собрать все необходимые вещи.
Стараясь не шуметь, открываю скрипучую дверцу шкафа и вжимаю голову в плечи.
Алёнушка спит, можно продолжать сборы.
Через минут пятнадцать дверь медленно приоткрывается и в проеме показывается голова Ильи.
— Ты куда? — он широко раскрывает глаза.
— Мы поедем к Алле, поживем пока у нее.
Илья с размаха открывает дверь настежь и входит в спальню.
— Вика, остановись.
Я моментально подскакиваю на ноги и встречаюсь с его разъяренным взглядом.
— Нет, Илья, это ты остановись, пока не наделал глупостей.
ГЛАВА 5.
Мистер Х
Кручу в руке стакан, перегоняя кубики льда от стекла к стеклу.
За стеной играет живая музыка, я же сижу в полумраке, гипнотизируя себя янтарной жидкостью, мерцающей от тусклого света светильников.
Дверь в випку открывается и на пороге появляется мой старый добрый друг.
— Да, он здесь, спасибо, — Серёга улыбается кому-то, машет и входит в комнату.
Пожимаю ему руку, он присаживается рядом на диван.
— Меня твоя рыжая бестия сейчас чуть с порожек не снесла, — он усмехается и наливает себе выпить. — Ты ей сказал?
— Не успел.
— А че она тогда такая заведенная была?
— Хотела, чтобы я ей на день рождения тачку новую купил.
Друг ошарашено присвистывает и пересаживается на диван, стоящий по другую сторону стола.
— Нехило, — он прожигает меня загадочным взглядом. — Она на своем кабриолете хоть год отъездила?
— Перебесится и приползет.
— И чего ты ее не пошлешь на хутор бабочек ловить? — тянет Серёга.
— Работает усердно.
В комнате повисает тишина, но я чувствую, как друга распирает от иного любопытства.
— Ты нашел то, что искал? — все же он не выдерживает.
— Да.
— И?
— Дочь.
Серёга расслабленно бьет себя ладонью по колену и откидывается на спинку дивана.
— Поздравляю, папаша. Уже познакомились?
Бросаю недовольный взгляд на свой мобильный, лежащий на столе.
— Нет.
— Слушай, я все хотел спросить: откуда у тебя возникли отцовские чувства?