Подходящую зверюгу искать пришлось долго, а тащиться за ней далеко. Хорошо еще, догадался пойти в зверином облике. Так скорость передвижения намного, раз этак в пять, больше, и расстояние словно бы уменьшается. Но все равно пришлось мотаться не меньше часа, прежде чем обнаружился зверь подходящих размеров. Как он назывался, Торн не знал и даже не собирался интересоваться. Похож на козла, разве что рога такие, что не стыдно их какому-нибудь врагу наставить. Главное же, зверюга примерно соответствовала весом Кире. Потяжелее, конечно, однако не настолько, чтобы это виделось непреодолимым препятствием. Оставалось только его поймать, причем живым.
Вот тут пришлось немало потрудиться. Рогатая бестия моментально сообразила, что на ее поджарую тушку начата самая настоящая охота, и ударилась в бега. Делал это козел явно не в первый раз, и прыгать по невысоким каменным грядам у него получалось очень здорово. Торн справился, конечно, но вымотался, словно таскал мешки с чем-то неподъемным, и дважды едва не сорвался с обрыва. Вдобавок, снова разболелась рана… Эх, если бы можно было отложить процедуру на пару дней, но сомнительно, что тогда хоть кто-то придет восстанавливать портал, да и вообще, скорее всего, он закроется сам собой. Торн не сомневался, те, кто его устанавливал, прекрасно знали, что если к нему и заявится кто-то, то сегодня, край – завтра. Или не придет вообще.
Однако терпение и труд всегда дают на выходе хоть какой-то результат. В данном конкретном случае все того же козла, который сколько ни прыгал, а от своей судьбы не ушел. Правда, Торн малость его поцарапал, ну да раны от когтей никого не удивят, скорее, сыграют на легенду. Спасался зверь от хищника, вот и скакал, дороги не разбирая. А как звали хищника, пускай до поры останется секретом.
И вот, когда козел уже лежал крепко связанный, до Торна наконец дошло, какой он дурак. Добычу мало поймать, ее еще до места нести надо. И кто, спрашивается, мешал сначала гнать ее к нужному месту, а уже потом бросаться? И все, теперь никуда не денешься, придется забрасывать на спину и тащить. Идиот!
Дотащил, конечно, хотя и вымотался жутко. Да и под ложечкой ощутимо давило – только сейчас Торн сообразил, что кроме завтрака во рту ничего не было. А сейчас уже смеркалось… Хорошо еще, Кира сообразила, что он голодный, и взялась за готовку. Во всяком случае, запах подгоревшего мяса чуткие ноздри оборотня уловили издали.
– Привет!
Как оказалось, девушка его не заметила, и бесшумное появление из темноты чудовища, да еще и с грузом на спине, оказалось для нее полнейшей неожиданностью. Подпрыгнула так, что едва не упала в костер, и Торн вынужден был подхватить ее свободной лапой за талию, удержать и мягко посадить на место.
– Т-ты…
– Я, я. Дай мне одежду. И сервируй ужин, я жрать хочу.
Пока Торн аккуратно, чтобы не задеть ловушку, спускался к озеру, споласкивался от крови и пота и уже переодетый поднимался обратно, Кира успела изобразить что-то по-походному аскетичное. Мясо, как и ожидал Торн, подгорело, но это сейчас было уже неважно. Да и каша, на удивление, оказалась вкусной. Или, может, дело было во все сильнее терзавшем желудок голоде. К тому же девушка подготовила большое количество овощей, а оборотни, хоть и предпочитают мясную диету, от них тоже никогда не отказывались. В общем, наелся он так, что стало трудно дышать, и с удовольствием откинулся на спину, глядя в быстро темнеющее небо.
Кира некоторое время молча сидела, но потом, не выдержав, пододвинулась ближе и спросила:
– Когда начнем? Сейчас?
– Хорошо бы, – ответил Торн, задумчиво разглядывая привычный, но все равно с детства манящий рисунок созвездий. – Только не получится ничего.
– Почему?
– Ну, во-первых, я устал.
– Ой…
– Именно так. Об этом ты не подумала. Привыкла, что мужчины не жалуются, а?
– В пансионе мужчин и не было почти, только истопник да дворник. А потом… Да, не жаловались.
– Мы так же устаем, как и вы, – «утешил» ее Торн. – Просто молодые стесняются в этом признаться, они стараются показать женщинам, что самые сильные. А старые тем более стесняются, они хотят, чтобы вы их по-прежнему считали молодыми.