Откровенно говоря, эльфы предпочли бы оставить замок себе, зря, что ли, кровь проливали? Да и территориальное приобретение, хоть небольшое, но все равно реальное, которое можно увидеть и даже пощупать, весьма подняло бы престиж глав эльфийских кланов. Однако в данном случае люди проявили неуступчивость. Проще говоря, потребовали, чтобы эльфы, решив свои вопросы, убирались вон. Учитывая прочие обстоятельства дела, а главное, разницу в силах, тем, скрипя зубами, пришлось подчиниться.
На оставшийся бесхозным замок тут же наложил лапу местный барон. Хозяйство, кстати, оказалось незавидное – земли вокруг разорены, крестьяне бежали, хотя специально их эльфы не убивали, во всяком случае, официально. Саму цитадель, стены которой местами были порушены во время штурма, светлые эльфы разграбили дочиста. В общем, незавидное положение. Но то ли у младшего сына барона, которому тот, за неимением лучшего, отдал свежеприобретенные земли, было в избытке деловой хватки, то ли просто ему некуда было деться, но крутился он как белка в мясорубке и, к удивлению соседей, за какой-то десяток лет превратил свои земли в весьма доходное, преуспевающее поместье. Основал свой род, сам получил, вернее, купил у вечно нуждающегося в деньгах короля баронский титул. И чего он, спрашивается, влез в эту авантюру?
Размышляя на эту тему, оборотень, в сопровождении тактично молчавших и старающихся не мешать его мыслям о высоком спутниц, прошел в кабинет барона. По пути, не прерывая своих размышлений, в одно движение отправил в нирвану встреченного стражника, а другого, успевшего схватиться за оружие, слегка покалечил. Дверь в кабинет, простая, но тяжелая, добротная, сделанная явно людьми, оказалась даже не запертой, настолько барон был уверен в собственной безопасности. Очень странно, все же знают, что если охотишься на опасную дичь, осторожность никогда не бывает лишней, но этот барон то ли был туп и самонадеян сверх меры, то ли имел серьезные основания не бояться. Первое, учитывая ранее полученную информацию, маловероятно, а вот насчет второго стоило поговорить.
– Вы кто? – безо всякого страха поднял глаза барон. Оказался он невысок ростом, полноват, лысоват и совершенно не опасен на вид. Последнее, конечно, весьма обманчивое впечатление, дворяне опасны всегда, но выглядел он и впрямь безобидно.
– Эль Барро, если это вам о чем-то говорит, – ответил Торн, без приглашения усаживаясь в кресло. – Сидеть!
Приказ несколько запоздал, хотя это ничего не изменило. С похвальной быстротой метнувшаяся к ящику стола рука барона замерла на полпути, а всего-то и надо было – почувствовать у своего горла холодную гладкую сталь. Это Алисия, конечно. У Киры в избытке было сил и скорости, но необходимые рефлексы отсутствовали, а вот боевой маг не сплоховала. Стремительно, будто смазанная жиром серая тень, она скользнула вдоль стола быстрее, чем кто-либо успел отреагировать. Торн мысленно признал, что получилось это не хуже, чем мог бы он сам. Вот и стояла она сейчас сбоку от барона, аккуратно прижимая его шею лезвием своего короткого, удобного для схватки в помещениях меча.
– Спасибо, Алисия. Отпусти его. Барон ведь не дурак и не станет дергаться, если не хочет остаться без чего-нибудь важного и нужного, правда? Алисия, в этот раз не ухо. Так как, господин барон, вы меня поняли? Ну, вот и замечательно. Кира, проверь, что там у него в столе… надо же, самострел. Фу, какая пошлость. Еще какие-нибудь пакости есть, или поговорим, как цивилизованные люди?
– Что вам от меня надо? – прохрипел барон, с ненавистью глядя на Алисию.
– Мне? От вас? Да ничего, в общем-то. Совсем ничего. Просто надоело, что ко мне раз за разом посылают убийц и делаете это вы. Хотелось бы поинтересоваться, зачем. Ну и, конечно, узнать, откуда вам известен каждый мой шаг. Можете приступать к откровениям. И помните, искренность, искренность и еще раз искренность. Я правду ото лжи в любом случае отличу и, поверьте, все равно ее добьюсь. Но только, сами понимаете, это выйдет намного больнее. А я, вот незадача, боль причинять умею.
Он не шутил в тот момент. Ему просто надоела эта беготня, хотелось в свой теплый, уютный домик в лесу. И чтоб скорее пришла зима. Тогда можно будет сидеть вечером перед камином, вытянув ноги, слушать завывание ветра. И бежать по морозному лесу утром, чувствуя, как наполняются силой и легкостью мускулы. В свете нынешних событий можно даже, чтобы рядом кто-то был. В конце концов, эта кто-то умеет не раздражать и чувствует, когда надо сделаться незаметной. И если между ним и спокойной жизнью окажется вот такой вот умник, то его вполне можно и наизнанку вывернуть. Причем во всех смыслах.