― Что было потом? ― сгорая от любопытства, спросила я.
Хагзар хищно оскалился.
― Терпение, дитя мое. Все расскажу.
Он подошел к столу и налил в бокал вино. Повернувшись к нам, он выпил все до дна.
― Желаете? ― спросил он, оглядев каждого.
― Нет, папа, ― ответил Орий. ― Успеем еще выпить. Рассказывай, что было дальше.
Хагзар поставил бокал на место, подошел к окну и, скрестив руки за спиной, продолжил свой рассказ:
― Хамар был в ярости. Я думал, что настал мой конец, ведь мужчина был ослеплен гневом. Он не волновался о своей жизни, все, что его беспокоило – это безопасность Далии. Хамар сказал, что проблема Его Величества с ним, а не с его женой. Он пообещал отправить меня по кускам в Раксаран, если он еще раз увидит меня рядом с супругой, ― отец Ория громко рассмеялся. ― Я был восхищен отвагой этого парня. Я не боялся его, нет, в армию Мехилара трусы не попадают, но я стал уважать этого человека.
Я рисовала в своей голове образ папы. Смелого и отважного воина, который схватил за грудки главного шпиона Мехилара. Он его трясет и обещает расправиться с ним, если еще раз обнаружит его рядом с моей мамой. И что-то мне подсказывало, что его слова были не угрозой, а обещанием.
― Тогда он меня отпустил, но лишь для того, чтобы я передал Мехилару сообщение.
― Какое? ― едва усидев на месте, спросила я.
Хагзар медленно развернулся ко мне.
― Он сказал, что если Мехилар чего-то хочет от него, пусть явится к нему сам, а не посылает своих слуг, ― мужчина приподнял уголок губ. ― Неслыханная дерзость, но Хамар был таким. В тот день я ушел и, добравшись до Его Величества, передал пожелание твоего отца. Слово в слово.
Я ахнула. Конечно, услышав такие резкие слова в свой адрес, Мехилар решил расправиться с моим отцом.
― Видимо, по этой причине моих родителей и убили, ― едва сдерживаясь, прорычала я.
― Король ничего не ответил. Он приказал мне оставить твоих родителей в покое. Я видел их еще несколько раз, но это были случайные встречи. Спустя два года я оставил службу у Мехилара и узнал, что Хамар и Далия убиты. Меня вновь призвали на службу, чтобы я отыскал тебя, но ты словно провалилась под землю. Мои аусепты не чувствовали твою магию. Либо она была еще слабой, либо хорошо скрывалась. Да и потом, некоторые отказывались верить в существование ребенка из пророчества, а горстка тех, кто верил, не имели представления, где ты. И вот, спустя двадцать с лишним лет ты стоишь передо мной. Я смотрю на тебя, но вижу Хамара.
― Вы говорите, что уважали моего отца, но вас совсем не беспокоит, что ваш король его убил?
Хагзар лениво прошелся мимо меня и сел в кресло.
― Мой король многих убил, большинство из них были прекрасными воинами, я не могу скорбеть о каждом.
― Но мой отец – не каждый! ― вскрикнула я, подскакивая на ноги.
Мои виски пульсировали, я чувствовала, как сила перетекает по моим венам вместе с кровью. Вокруг меня стали кружить книги, пергамент и подсвечник, стоявшие за рабочим столом Хагзара. Орий и Сафиер подскочили на ноги и бросились ко мне. Певец взял меня за плечи и стал шептать на ухо слова успокоения, лекарь залез в свою сумку в поисках подходящего настоя. На шум в гостиной прибежали Шаина и Иби, обе были взволнованы.
― Лами! ― вскрикнула моя сестра. ― Успокойся, пожалуйста! Мы же в гостях!
Хагзар продолжил сидеть на своем месте и наблюдал за всем со скучающим видом. Ни один мускул не дернулся. Лишь хищная улыбка расплылась на его лице.
― Говорю же, дочь своего отца, ― произнес он.
Услышав это, моя сила резко куда-то исчезла, а предметы, кружившие вокруг меня, с громким стуком упали на пол.
― Что здесь произошло? ― испуганно спросила Шаина.
― Папа рассказал Ламаре о ее родителях, ― ответил Орий. ― Она слегка эмоционально это восприняла.
― О, моя бедная девочка, ― сочувственно прошептала эсра Шаина и подошла ко мне. Она провела теплой ладонью по моей щеке. ― Мне так жаль, могу лишь представить, какая это для тебя болезненная тема.
Мне стало стыдно за свое поведение перед этой добрейшей женщиной.
― Перестань жалеть ее, Шаина, ― вмешался Хагзар. — Это девушка меньше всего нуждается в этом чувстве. При желании она может стереть этот мир в пыль.
― В каком смысле? ― удивленно спросила Иби.
― А вы разве не чувствуете исходящую от нее силу? ― усмехнувшись, спросил отец Ория. — Теперь ее не спрячешь, Ламара.
Иби, Сафиер и лекарь удивленно переглянулись. Я, не мигая, смотрела на мужчину.
― Нет, ― ответили мои друзья.