Он улыбнулся одними губами.
— Когда проживешь четыре человеческих жизни, возможно, поймешь меня. Но знаешь, что еще страшнее, львенок?
— Что?
— Когда ты одинок в толпе людей. Ты видишь сотни лиц каждый день и все они пустые, безликие и серые.
Я выпила еще немного теплого напитка.
— Так ты мечтаешь о том, чтобы не быть одиноким? — удивилась я.
Мехилар немного склонил голову набок, и смотря на свою кружку с напитком, начал проводить по ней пальцем.
— Я мечтаю о покое, Ламара.
Я не знала, что ему ответить, лишь безмолвно смотрела на него.
— А о чем мечтаешь ты? Ну, не считая того, что убить меня. Это и так понятно, да и желание твое вполне оправданное. Я в свое время за такое едва не уничтожил два королевства.
— Как ты можешь так спокойно говорить об этом? — ужаснулась я. — Об убийстве сотни тысяч человек, об убийстве моих родителей?
— А как мне следует говорить об этом? — он наклонился вперед и, положив руки на стол, сцепил их в замок. — С сожалением? Тогда, это не ко мне. Да, я сделал это, совершил эти ужасы, но ничего уже не изменить.
Я сжала кулаки.
— Ты мне омерзителен! Если бы не эта сделка, я бы и минуты рядом с тобой не находилась!
— Я знаю, Ламара, — спокойно произнес Мехилар. — Легче тебе от этого не станет, но я хочу, чтобы ты знала: я не хотел так поступать, но выбора другого у меня не было.
Я так резко подскочила на ноги, что стул подо мной перевернулся. На нас обернулось несколько пар глаз. Если не Мехилар, то юнарийцы разорвут меня на куски за такую дерзость по отношению к их королю. Он для них был святым божеством, за оскорбление которого меня могли убить без суда. И неважно, что он только что признался мне в том, что хладнокровно оборвал жизни моих отца и матери. Кого это будет волновать.
— Эсре Ламаре показалось, что по ногам у нее пробежала мышь, — с усмешкой произнес Мехилар, успокаивая посетителей.
К нам тут же подбежала Нитала.
— Не может быть, Ваше Величество! У нас нет мышей! — испуганно пропищала она.
Я поправила стул и села на место, не отнимая убийственного взгляда от короля.
— Его Величество же сказал, что мне показалось, — сквозь зубы процедила я. — Прошу прощения, Нитала.
— Ну что вы, госпожа, — она улыбнулась. — Видимо, вы переутомились с дороги, поэтому чудится всякое.
— Не беспокойся, Нитала, сейчас я провожу госпожу в комнату, — сказал Мехилар, поднимаясь на ноги. Все посетители встали следом. Король протянул мне руку, а я посмотрела на нее так, словно собиралась отгрызть. Под выжидающий взгляд толпы, я все-таки протянула свою ладонь ему в ответ, шершавые пальцы слегка царапнули мне кожу.
— Конечно, приятных вам снов, Ваше Величество и вам эсра Ламара. Если что-то понадобится, позовите и я сразу же подойду.
— Все в порядке. Спасибо за вкусный ужин.
— Ваше Величество, — все гости поклонились, провожая нас.
Мы молча дошли до лестницы и, когда нас уже не видели любопытные глаза, я вырвала свою руку. Выставив указательный палец, ткнула его в грудь.
— Не смей больше говорить о моих родителях! Ты не достоин даже того, чтобы хранить у себя в памяти воспоминания о них! — прорычала я.
— Хорошо, львенок. Раз уж на ближайшие полгода мы с тобой связаны, а наш с тобой исход и так предопределен, я больше ни слова не скажу о твоих родителях. Предлагаю просто перенести это время, невзирая на наше прошлое. Совсем скоро все закончится, так давай мы просто продолжим жить.
— К счастью, тебе осталось жить недолго, — процедила я.
— Тем более, львенок, так что давай обойдемся без споров и ссор. Когда в твоих руках будет Кинжал богов, можешь сначала высказать обо мне все, что ты думаешь, прежде чем убьешь.
— Тогда я буду убивать тебя неделю, — отрезала я, поднимаясь по лестнице.
Хмыкнув, Мехилар пошел за мной следом. Мы остановились возле двери в мою комнату.
— Если что, я через стенку от тебя.
— Мне-то что с этого? — съязвила.
Король выгнул бровь.
— Я это говорю к тому, чтобы ты не храпела, у меня чуткий сон, Ламара.
От злости у меня закипела кровь.
— Мехилар, — прорычала я, — ради богов, исчезни. За эти пару дней тебя было слишком много.
Он скривил уголок губ и подошел к соседней двери.
— Ламара.
— Ну что еще? — разозлившись, спросила я.
— Спасибо тебе за сегодняшнюю игру в снежки.
Такого от него я точно не ожидала, поэтому в моем взгляде завис немой вопрос.
— Я действительно уже много столетий не играл. Давно не испытывал такого человеческого чувства радости и веселья. Это была самая ожесточенная и самая приятная битва в моей жизни.