Увидев эту картину, я вскипела за секунду. Хотелось наплевать на все, поднять этот чертов стол в воздух и обрушить его на голову Маэлиты. Я с трудом себя сдерживала. Но еще больше меня раздражало то, что Мехилар не поворачивается в мою сторону. Я шла, мысленно ругая королеву Мавритании и ловя на себе восхищенные взгляды. Чем ближе я подходила к королю, тем громче был шепот. Наконец-то Мехилар отвлекся от своей собеседницы и посмотрел на то место, где должна была сидеть я. Он нахмурился и бросил взгляд на вход. И тут в поле его зрения попала я.
Мое сердце бешено застучало, когда его серый глаз стал изучать каждый изгиб моего тела, облаченный в красное платье. Рот Мехилара слегка приоткрылся, а затем в уголке появился намек на улыбку. Он бегал по мне взглядом сверху вниз, стараясь не упустить ни одной детали. По моей спине стало растекаться что-то горячее, дыхание сбивалось.
По мере шагов юбка платья развивалась шлейфом позади меня, оголяя правую ногу. Сейчас мне больше всего на свете хотелось, чтобы Мехилар встал из-за своего трона, подошел ко мне и, взяв меня за руку, увел туда, где мы будем одни. В то место, где мы сможем просто разговаривать друг с другом или даже молчать. Я так удивилась своим мыслям, что на мгновения запунлась, но взяла себя в руки и пошла дальше.
Мехилар пошел ко мне на встречу. Маэлита испепеляла меня взглядом.
― Я уже боялся, что ты не придешь.
― Разве я могла пропустить такое, Ваше Величество? ― я сладко улыбнулась ему.
― Ты прекрасно выглядишь, ― он оглядел меня с ног до головы. ― Платье подчеркнуло все твои…эм… достоинства.
― Спасибо, ― я подмигнула ему. ― Камзол и этот плащ тоже невероятно идут тебе. Сразу видно, кто тут король. Не хватает только главного украшения.
Мехилар вопросительно посмотрел на меня.
― Короны, ― ответила я.
― А, ты об этом, ― улыбнулся он. Он подвинулся ко мне ближе и прошептал на ухо: ― На самом деле, истинному королю не нужна корона, чтобы чувствовать себя таковым, так что давай ты будешь главным украшением этого вечера. Тем более, ты собрала гораздо больше восхищенных взглядов на себе, чем это могла бы сделать любая корона.
Меня обдало жаром. Слышать такие слова от Мехилара было невероятно приятно, а еще и чувствовать, как от гнева лопается Маэлита – вдвойне приятнее.
― Присаживайся, ― пригласил он, кивнув на место рядом с Иби.
Я уселась на мягкий стул под пристальным вниманием десятки пар глаз. Я вежливо со всеми поздоровалась, намеренно упуская из виду королеву Маритании.
― Эсра Ламара, ― произнес король Антихар, поглаживая свои седые усы. ― Вы прекрасно выглядите. Как только Вы вошли в этот зал, я подумал, что сама богиня Нафисьерра решила почтить нас своим присутствием.
― Благодарю Вас, Ваше Высочество. Слышать подобное от вас большая честь для меня.
― Был бы я хотя бы лет на двести моложе, ― усмехнулся он.
Его шутку, кажется, оценили все, кроме Мехилара. Он, прищурившись, смотрел на Антихара. Подошла Элира и поставила передо мной тарелку с зажаренным лососем и пшеницей. Я с благодарностью кивнула своей служанке и принялась за блюдо.
Почувствовав кусочек нежнейшей и вкусной рыбы на языке, я поняла, что в последний раз ела очень давно. Стараясь не набрасываться на еду, как оголодавшая псина, я отрезала маленькие кусочки, клала их в рот и старательно пережевывала, запивая вином.
― Ваше Величество, ― обратился к королю Волисоля Тэктос, ― Вы говорили, что перед праздником сюда приедут еще несколько ваших стражников. Когда их примерно ожидать?
― Полагаю, завтра в обед, генерал Тэктос.
― Как много людей прибудет? Я должен знать, сколько мест нужно подготовить в казармах.
― Не стоит беспокоиться, приедут всего три человека. Мои парни привыкли к полевым условиям. Их устроит сон даже на голой земле! ― в голосе Антихара слышалось самодовольство.
Конечно, небольшой волисольской армии не было смысла тягаться с армией Раксарана, но и ударить в грязь лицом король Антихар не мог.
― Ну, разве так можно? ― послышался мелодичный голос Маэлиты. ― Что за сон на голой земле?! Ваши воины будут в тепле и сытости все время пребывания в Раксаране, ― я замерла с вилкой в руке, так и не успев донести ее до рта.
Казалось, в зале повисло неловкое молчание. Тэктос, округлив глаза, смотрел на Мехилара, а Орий гневно раздувал ноздри, смотря на Маэлиту.