Сейчас перед моими глазами не было Мехилара, которого я знала все это время. Он не был внимательным, терпеливым и заботливым мужчиной. Это было яростное и смертоносное существо, божественное создание, не знающее ни пощады, ни жалости. Сигус сжался под его напором, он начал трястись и плакать.
― Ваше Величество, прошу…
― Я задал вопрос, ― в голосе слышался могильный холод.
Иби схватила меня за руку, и мы зажмурили глаза. Я не могла одновременно смотреть и слушать это, слишком страшно и слишком опасно. Я не представляла, какой ужас сейчас испытывает Сигус, но все же любопытство взяло надо мной верх, и я вновь взглянула на короля и мужчину.
― Кем ты себя возомнил? — прошипел он, сжимая Сигуса сильнее. — Как ты посмел нарушить приказ своего короля? Разве я не предупреждал, что с головы этой женщины не должно упасть ни единого волоса?! Не говорил, что даже если она споткнется и упадет, за это будут отвечать те, кто находится рядом?! Отвечай!
― Да, Ваше Величество, предупреждали! ― прохрипел Сигус.
― Как ты посмел объединиться с гарпией? Ты думал, что после убийства Ламары я дам вам спокойной жить?
― Я… ― начал отрывисто говорить Стражник.
― Что «ты», ― оскалившись, Мехилар приблизился еще ближе к Сигусу. На мгновение мне показалась, что сейчас король откусит ему лицо, и перед нами останется череп мужчины с окровавленной плотью.
― Я не мог позволить сделать это любимой женщине в одиночку, ― прошептал Сигус.
Раздался протяжный вой Агрии.
Тут от удивления замер даже Мехилар. Тэктос смотрел на стражника округлившимися глазами, Эртан бегал взглядом от гарпии к мужчине. Его рот скривился в ухмылке.
Раздался смех Мехилара. Он отшвырнул Сигуса от себя, как ненужную тряпку. Тот пролетел несколько метров, упал на пол и, боясь шевельнуться, остался в полусогнутом положении.
― Глупец! И к чему тебя привела любовь? У тебя было все, а теперь ничего! Тобой воспользовались, как игрушкой. Агрия – гарпия, она по своей природе хитра и опасна. Напади она в одиночку, даже без оружия Ламара бы сломала ей хребет. Магия этой девушки настолько разрушительна, что мы бы твою любимую за несколько месяцев не собрали. Она прекрасно это знает, потому и позвала тебя.
― Нет…
― Я не давал разрешения тебе говорить! — прогремел Мехилар, подходя к стражнику. На мгновение мне показалось, что он сейчас наступит на него и сломает ему позвоночник. — Если ты – идиот, не принимай и меня за идиота, Сигус! Гарпии не любят смертных мужчин! Ты был средством достижения ее цели, не так ли? ― последний вопрос Мехилар задал Агрии.
Она лишь всхлипывала.
― Отвечай! ― прогремел король. ― Говори всю правду, Агрия. Что для тебя значит этот несчастный стражник и ради чего ты все это начала!
― Ради тебя, ― прошептала она.
― Довольно! Ты ничего не делаешь ради кого-то!
― Ради тебя я была готова сделать многое! ― заорала Агрия, поднимая голову. ― Даже ослушаться приказа и убить это никчемную девку! Она тебя погубит!
Я перестала дышать, крепче стиснув руку сестры.
― Еще одно оскорбление в ее адрес, ― угрожающе прорычал Мехилар, ― и я руками вырву твое сердце.
― Вырви! ― со слезами на глазах закричала гарпия. ― Ты думаешь, я не вижу, что с тобой происходит?! У тебя было множество женщин, и я ничего не говорила, но ты серьезно увлекся той, которая является твоим концом!
Я едва устояла на ногах, Иби открыла рот от удивления, Тэктос медленно прикрыл глаза, словно ему стало больно от услышанного, а Эртан, прищурившись, посмотрел сначала на меня, потом на короля. Я с замиранием сердца слушала ответ Мехилара. Даже не взглянув на меня, он ответил абсолютно спокойным тоном:
― Ты уже сделала то, чего не следовало бы делать. Хотя бы не говори то, чего не знаешь!
― Хочешь сказать это не так? ― прошипела гарпия.
― Ты думаешь, имеешь право задавать мне вопросы?! — он подошел к ней и, склонившись, схватил ее за шею. — Открой лучше правд Сигусу, перед смертью, нужен ли он был тебе?
В воздухе повисло молчание.
― Нет, ― ответ Агрии был твердым и уверенным, Мехилар отпустил ее.
Сигус шумно вздохнул.
― Видишь, Сигус. Любовь – великое чувство, но вместе с тем большой недостаток. Она ослепляет и отупляет, делает тебя зависимым от сердца, а не от разума. Знаешь, что может быть лучше любви? ― он заглянул в лицо Сигусу и прошипел. ― Ее полное отсутствие! Этот принцип меня еще ни разу не подводил.
Я шумно выдохнула. Этот человек искоренил это чувство из своего сердца, оно ему лишь мешает, поэтому все его знаки внимания, просто проявления интереса или физического влечения. И, если честно, я с ним была согласна. Ни он, ни я не должны забивать свою голову этим.