— Думаю, у нас все впереди, — парировал он.
— Я посмотрю на ваше поведение, — игриво подмигнула она.
Я удивленно округлила глаза, так как давно не видела такого откровенного флирта от Иби. Сестра и мужчина не отнимали друг от друга взгляда, и я шумно отпила из кружки, чтобы как-то вернуть их в реальность.
Они оба встрепенулись.
—Дар перешел тебе от отца или матери? Или может от давних предков? — тут же поинтересовался Тэктос.
Иби помрачнела и, заметив перемену в ее настроении, мужчина стушевался.
— Прости, я, видимо, задел какую-то личную тему.
— Мама у меня травница, лучшая в Волисоле. Анипатом был отец, но он умер, когда мне было два года. Его убили стражники Раксарана.
Мужчина заметно побледнел, помолчав несколько секунд, он произнес:
— Прости, мне очень жаль. Это несправедливо. Я тоже знаю, каково это терять родителей, — прошептал он. И я ему поверила.
— Мы все здесь знаем, каково это терять их, — глядя в одну точку, сообщила я, а потом перевела взгляд на Тэктоса. Он посмотрел мне в глаза и шумно сглотнул. — Только нам с Иби, по всей видимости, повезло чуть больше, с нами была тетя Алдора, которая заменила нам обеим отцов и мне мать.
— Вам действительно повезло. Алдора большая молодец.
— Предлагаю выпить за родителей и всех тех, кого мы когда-то потеряли, — произнесла сестра, поднимая свою кружку.
Мы втроем тоскливо посмотрели друг другу в глаза, и выпили все до дна. Тэктос щелкнул пальцами в сторону мальчишки и тот тут же оказался перед ним.
— Повтори девушкам и принеси графин с простым соком. Вы точно не голодны? — спросил он, повернувшись к нам.
Я закинула руки за голову и откинулась на спинку стула. Алкоголь меня уже достаточно расслабил.
— Поверь, Тэктос, если я захочу есть, ты первый об этом узнаешь.
Он усмехнулся и слегка покачал головой.
— Ну, насчет Иби я все понял, — мужчина посмотрел на нее и его взгляд едва заметно потеплел. — А чем занимаешься ты? Какой магией владеешь?
— Можно сказать никакой. Крайне редко использую ее, — тут же ответила я. — Моя сила – мой Донвингус.
— Дар возмездия, — шепнул он, словно пробуя слово на вкус. — Стало быть, это меч?
— Именно.
Тэктос вновь посмотрел на мои руки, а затем в целом оценил мои физические данные.
— Я так и подумал, что ты воин. У тебя крепкое телосложение и я вижу шрамы на твоих руках. Лишена нежности и хрупкости.
— Сомнительный комплимент, — проворчала я, принимая из рук юнца новую кружку с медовухой.
— Я не пытался сделать тебе комплимент, Ламара, лишь хотел похвалить твои физические данные. То, что ты лишена утонченности, которой, к примеру, обладает твоя сестра, — он посмотрел на Иби, и ее глаза хитро блеснули, словно безмолвно одобряя, его замечание, — не делает тебя менее прекрасной. Твоя красота заключается в ином. Твердый и уверенный взгляд, собранность. Это то, что присуще воинам, наследникам Юалима. Видно, что ты не один год посвятила тренировкам.
Я постаралась набросить на себя маску безразличия, но внутри у меня все запело от удовольствия. Мне льстили его слова, это было очень приятно.
Вот же хитрый змей!
— Ох, ты ее сейчас сделал самой счастливой женщиной на свете, — засмеялась Иби. — Мама с детства из Ламары воспитывала бойца, она хотела, чтобы и я была такой же: держала меч в руках, была выносливой и стойкой, но я преуспела лишь в стрельбе из лука.
Тэктос просиял, глядя на мою сестру.
— Тебе очень идет такое оружие. Держаться вдалеке сражений, но разить врагов точно в сердце – это целое искусство.
— Как хорошо ты сказал: разить точно в сердце – целое искусство. Никогда не смотрела на это с этой стороны. Все тренировки воспринимала, как наказание.
Он обратился ко мне и указал пальцем сначала в сторону Иби, а потом в мою:
— Вы дополняете друг друга.
— Это точно. Иби – разум, я – эмоции.
Меня удивило, как легко нам стал даваться разговор с этим загадочным человеком. Так непринужденно, словно мы были знакомы очень давно, но не виделись много лет, и вот сейчас, встретившись, вспоминаем, как проводили время вместе.
— Без преувеличения скажу, что Иби и правда очень метко стреляет, я не помню, чтобы она промахивалась.
— Ой, да брось, — произнесла сестра, отпивая сидр. — Это говорит девушка, которая не проигрывала не единого состязания с тринадцати лет.
— Надеюсь, что следующие тоже выиграю.
— Что за состязания? — спросил Тэктос.
— Королевский турнир в Охъяре через шесть дней.
— Если бы ты мог ее увидеть, — подначила Иби. — Ламара превращается в зверя с оружием в руках. Клянусь Обителью божеств, в нашем городе, соперники, выходя с ней на ринг, проигрывают до самого сражения. Она на них всегда смотрит так, — алкоголь делал свое дело и сестра, выпучив глаза, приблизила лицо к Тэктосу и, копируя меня, стала прожигать его взглядом, сокращая расстояние.