Иби на меня сочувствующе посмотрела.
— Взгляни на меня, я девушка, которой недавно исполнилось двадцать три! Да, я хороший боец и магия у меня сильная, но я ведь ее не развиваю толом! Мне нельзя! А Мехилару, сколько сотен? Шесть? Семь? Десять?! Не моргнув глазом, он больше пятиста лет назад вырезал почти все население двух сильных королевств! Не щадил никого! «Кровавыми неделями»[6] до сих пор пугают непослушных детей перед сном! Что могу сделать с ним я?!
Разозлившись, я пнула камушек под ногой и быстрыми шагами направилась к дому. Пройдя через прихожую, с силой распахнула дверь в нашу с Иби спальню на первом этаже. Бесцеремонно потоптавшись по дорогому моританскому ковру, завалилась на кровать, уставившись в потолок. Сестра тихо вскользнула в комнату.
— Богиня Маврита не взвалила бы на твои плечи то, что выдержать ты не сможешь. — Спокойно заключила она.
Я приподнялась на локтях и хмуро посмотрела на Иби.
— То есть по твоему двадцати лет тренировок достаточно, чтобы уничтожить короля, который Скорпс знает сколько жил, и одним богам известно, в каких битвах участвовал? Сколько их было с создания континента? Миллион?
Иби села за свой столик с зеркалом и принялась перебирать коллекцию ароматических масел. Еще пара склянок и она сможет открыть парфюмерную лавку.
— Если бы ты была обычным человеком, конечно, шансов не было бы, но ты лучше меня знаешь, кем были твои родители. Я бы их приравняла к богам. Эсра Далия была величайшей Целительницей последних столетий. Твой отец изменил свою принадлежность ради твоей матери, стал легендой при жизни.
— Да, чем и запустил древнее пророчество, и навлек на себя гнев этого властолюбивого ублюдка! — прорычала я.
Иби продолжила, проигнорировав мой комментарий:
— Твоя мама оставила тебе кольцо, которое поможет найти оружие против Мехилара.
Я дотронулась до цепочки, на которой вместо кулона висел мамин «подарок». Простое украшение из золота со странными символами. Я не представляла, как оно может привести меня к Серебряному кинжалу и Источнику добра и зла, которые помогут мне убить Мехилара. Тетя говорила, что только я могу разгадать эту тайну. Сейчас кольцо позволяло скрыть мою магию от аусептов[7] жестокого короля. По крайней мере до моего Прилива.
Я поежилась, вспоминая, как год назад Прилив проходил у Иби. Ее сила достигла своего пика и она провалялась трупом неделю в постели, едва не сойдя с ума от голосов всех животных и птиц в голове, которые нас окружали. Лишь спустя месяц сестра научилась ставить барьер в сознании, который позволил ей сохранить разум в порядке. Я не хотела представлять, что ожидает меня в ближайшее время, но больше всего меня пугало, что моя сила может навредить родным и близким. Во время Прилива маг себя слабо контролирует. Тетя объяснила, что кольцо мне позволит перенести этот период легче, но я почему-то так сильно в этом уверена не была.
— Я знаю, ты справишься, Ламара. Ты всегда со всем справлялась. У тебя на судьбе написано быть героем. — Выдохнула Иби.
— А если я не хочу быть героем? — спокойно спросила я. — Это приносит только боль и проблемы.
Иби развернулась ко мне лицом и слабо улыбнулась.
— А ты знаешь много героев, которые рождались в счастливые времена?
На этот вопрос я не стала отвечать. Тетя права, я не могу в полной мере оценить всю ту ответственность, которая свалилась на меня. А быть может просто не хочу.
Сестра встала с места и последовала в купальню. Я присела на кровати и стала оглядывать знакомую и родную комнату. Окно было распахнуто и с улицы доносился едва уловимый аромат осени и гул батигарцев. Лучи солнца проникали в помещение, подсвечивая точки пыли, играя бликами на серых каменных стенах. Мы с Иби намеренно выбрали спальню на первом этаже, чтобы к нам по ночам могли незаметно пробираться Хольс и Воис. Я улыбнулась, вспоминая наши уютные посиделки с чаем. С возрастом напитки, которые плескались в наших чашках стали в разы крепче.
О, Хмельной Тартис[8]! Как же мы напивались здесь вечерами! Особенно мы надрались в тот день, когда Воис вернулся со своего очередного путешествия и заявил, что умеет делать татуировки. Разумеется, мы накинулись на него и потребовали, чтобы он продемонстрировал нам свой навык. В качестве «нательного» рисунка выбрали четырехлистный клевер. Каждый из лепестков символизировал одного из нашей дружной компании. Я, Иби и Хольс набили татуировки на правом запястье. Воис отказался от этой затеи, заявив, что сам себе он это сделать не сможет, а нам он не доверит столь тонкое дело, и вообще, мы давно выбиты у него на сердце.