— Уверен. Мы все повзрослели, Ламара. Не будет как прежде, не будет того «Клевера», пора это понять, — словно прочитав мои мысли, вымолвил он. — Хольс женился, Иби тоже скоро выйдет замуж, не удивлюсь, если за этого Тэктоса, а в твоем сердце есть место только для мести. Ты не сможешь никого полюбить больше, чем ее.
Я отшатнулась от него.
— Я люблю, Воис! Я люблю Иби, я люблю тетю Алдору, Хольса и Паулиту, я и тебя люблю! Мы с детства вместе! — отчаянно закричала я. Мне было больно слышать от него эти слова.
Он печально усмехнулся и протянул ко мне ладонь, чтобы коснуться щеки, но я отстранилась. Воис вздохнул.
— Я не об этой любви.
Я скрестила руки на груди и уставилась на него исподлобья.
— Прощай, Ламара.
Он развернулся и последовал к выходу, а мое сердце сгорало от злости, обиды и печали. Я не чувствовала облегчения от этого разрыва, вместе с любовником, я сегодня потеряла и лучшего друга.
— Воис.
Он оглянулся.
— До встречи, — скорее спросила, а не произнесла я.
Парень усмехнулся краешком губ, махнув мне рукой, скрылся за воротами. Я, сев на землю утерла опустила голову на колени. В конце концов, это был его выбор. Наш выбор. Рано или поздно станет легче. Возможно, я скоро забуду об этом, ну, а пока надо взять себя в руки и продолжить жить, как и советовал Хольс.
Немного успокоившись, я сложила собранные травы в корзинку и пошла в лавку к тете Алдоре. До праздника оставалось несколько часов, а у меня еще были дела, которые я не успела решить.
— Где твоя сестра? — недовольно поинтересовалась тетя, когда я вошла.
— Она в соседней деревне, у одной девушки заболела птица, она попросила Иби посмотреть, что с ней.
— Она одна пошла? — сухо поинтересовалась тетя.
— Да, — соврала я.
Алдоре Силверфиз совсем не нравился Тэктос. Я была уверена, узнай она его, он бы ее очаровал. В нем были сдержанность, ответственность и уверенность, которые тетя ценила в людях. Но почему-то она даже слышать о нем не хотела.
— А где этот ваш Тэктос?
— Не знаю, тетя. Он говорил, что после праздника Урожая уедет из Батигара, поэтому думаю, что закупает товар на рынке.
— Если он из Маритании, почему не закупается у себя на родине? — возмущенно спросила она.
— Так, тетя, — строго произнесла я, откладывая травы. — Есть что-то, что мы должны знать? — прищурилась я. — Ты ненавидишь этого мужчину с того момента, как услышала о нем, хотя ни разу не встречалась с ним. В чем дело?
— Ни в чем, просто я с подозрением отношусь к новым людям в Батигаре, — бросила она.
— Да, но к нему к тебя особое недоверие.
— Потому что его все чересчур расхваливают! — выпалила она. — Мне все, как один, говорят, какой он воспитанный и приятный мужчина.
Я фыркнула.
— То есть если бы о нем говорили, что он подлец, ты была бы спокойнее?
Тетя, помешивая бурлящий отвар, сурово посмотрела на меня.
— Не умничай. Я беспокоюсь за вас с Иби. Время неспокойное, этот Тэктос может быть кем угодно, будьте бдительны. Я вас очень люблю и не выдержу, если что-то произойдет.
Я улыбнулась и подошла к тете. Крепко ее обняв, я клюнула ее в щеку.
— И мы тебя любим, наша суровая женщина.
Она засмеялась, слегка хлопнув меня по руке.
— Ступай домой, тебе пора готовится к празднику. Здесь я уже закончу сама.
— А тебе собираться разве не надо?
— У меня вечером городской совет, я присоединюсь к вам позднее.
Я закатила глаза и это не ускользнуло от зоркого взгляда Алдоры Силверфиз. Она запустила в меня веточкой тимьяна. Я рассмеялась и выбежала из лавки, направляясь к дому.
Пока я шла, молила богов, чтобы Иби с Тэктосом уже вернулись, потому что только сестра могла сделать мне красивую прическу и накрасить так, чтобы мне это действительно шло. Сегодня я намеревалась отдохнуть: от Прилива, проблем, раздумьях о Воисе, работы, турниров и всего, что портило мне настроение и заставляло быть собранным, безэмоциональным куском камня.
В доме никого не было и я устало выдохнула. Если Иби придет поздно, я убью Тэктоса.
— Лами, слышишь меня?! — звонкий голос Хольса заставил меня подпрыгнуть на кровати. Его улыбающееся лицо показалось в окне спальни.
— Драть тебя скорпской нечистью, как же ты меня напугал, Хольс!
— Прости, дорогая, но ты так задумалась, что не услышала, как я тебя звал.
— Залезай, — я подошла к окну и распахнула его. Мой друг одним ловким движением подтянулся на руках и, перевалившись через подоконник, спрыгнул на пол.
— Когда уже наступит время, чтобы я мог заходить к вам через дверь? — в притворном недовольстве спросил он.
Я расхохоталась.
— Можешь выйти и зайти через дверь.