— Все парочки такие противные или только вы?
— Будешь себя хорошо вести, тебе тоже найдем спутника на вечер, — подмигнула мне сестра.
Я повернулась к столу и схватила оттуда самую громадную кружку с элем.
— Я его уже нашла, — я приподняла чашку в их честь и отпила из нее.
— Не боишься, что так сопьешься? — проворчал Тэктос.
— Я похожа на труса? — парировала я.
— Нет, конечно, ты просто алкогольный смельчак, — съязвил он.
— Чтоб ты знал, воду, чай и соки я пью чаще.
— Чудесно, — вымолвил он.
— Хватит спорить, сегодня такой прекрасный вечер! Хочу отдыхать, танцевать, пить и радоваться! — воскликнула Иби. — Не портите мне настроение! Оба!
— Тогда я приглашаю тебя на танец, — Тэктос протянул ей ладонь. Она вложила в нее руку, и они влились в поток танцующих людей, которые кружили вокруг бочки с виноградом.
Иби и Тэктос прекрасно смотрелись друг с другом. Он был облачен в белый камзол, расшитый серебром, подпоясанный изумрудным ремнем. Они вместе были похожи на стройное изящное дерево и прекрасный весенний цветок. На грациозную пантеру и бабочку, примостившуюся на ее плече. Я действительно любовалась ими. Мне очень хотелось надеяться, что Тэктос не уедет отсюда, разбив сердце Иби. Он меня иногда раздражал, но все же, я не могла не признать, что он мне нравится. В нем чувствовалась какая-то сила и вместе с тем простота.
Я оглянулась вокруг, в надежде найти взглядом Хольса, Паулиту и Сольту, но их нигде не было. Мне уже становилось скучно, поэтому я направилась к детям, собравшимся чуть подальше от площади. Маленькими тяжелыми стрелами они пытались попасть в центр мишени с небольшого расстояния. Наверно это смотрелось нелепо, ведь я была единственной взрослой, среди этой толпы, но большинство из детей были моими учениками, поэтому радушно меня приняли. Конечно, из десяти попыток, я лишь один раз была близка к заветной красной точке. Моя меткость была намного хуже меткости Иби. Тетя пыталась меня научить стрелять из лука, но я еще в детстве упрямо заявила, что мое оружие это меч. В итоге, ей пришлось с этим смириться, так же как и с тем, что Иби не будет стирать свои руки в кровь, чтобы биться на кинжалах.
Вдалеке показалась Рульмина, она шла с эсром Тотвиком под руку и о чем-то восторженно щебетала и подпрыгивала. На лице мужчины расплывалась улыбка – это было настолько редкое явление, что я сначала даже не поверила своим глазам.
— Ламара, ты чудесно выглядишь, — послышался голос кузнеца Дармуро.
Я повернулась к нему. Его каштановые длинные волосы были собраны в низкий хвост, а одет он был в темно-бордовый камзол.
— Ты тоже выглядишь чудесно, Дармуро, — улыбнулась я.
— В Батигаре есть лишь одна девушка, которая поверх платья надела бы металлические доспехи. Когда эсра Бригита их заказывала у меня, я очень удивился, и еще больше удивился, когда она сказала, что это для платья. Тогда я сразу подумал, что именно ты их и наденешь.
— Да, когда я увидела этот наряд, решила, что меня-то он и ждал, — я опустила голову вниз и оглядела железный корсет.
— Воис заходил к тебе? — уже невесело поинтересовался он.
Сердце пропустило удар, в памяти возник образ друга, который скрылся за воротами дома.
— Да, попрощался.
— Не расстраивайся, все еще наладится, — кузнец положил мне руку на плечо.
— Да, только по отдельности, — заметила я. — Это было ожидаемо, Дармуро. Я рада, что мы наконец-то с ним поставили точку в наших отношениях. Пришло время взрослеть.
Он огляделся по сторонам.
— Потанцуем? — он протянул мне мозолистую ладонь.
— Думала, уже не предложишь, — усмехнулась я, допивая напиток.
— Ты прости старика, я уж и забыл каково это, приглашать на танец юных девушек, — он слегка покраснел.
— Ой, брось, Дармуро! Какой же из тебя старик?! Больше пятидесяти тебе не дашь!
Наш кузнец на самом деле выглядел прекрасно. Высокий, крепкий, с золотистыми глазами, загорелой кожей и густой бородой. Он был простым человеком, как и эсра Бригита, и его руки всегда были заняты делом. Я знала, что ему на самом деле около восьмидесяти лет, но со стороны можно подумать, что это зрелый мужчина в полном рассвете сил. У него не было ни жены, ни детей, лишь помощники, к которым относился и Воис. Его семьей был металл, а детьми – оружие, которое он ковал в своей кузнице.
Мы с Дармуро закружились в танце, подскакивая и подпевая старой эксихорской песне, которая восхваляла Тартиса. Несколько пар вышли в центр и стали синхронно двигаться в такт барабанам, пока другие танцующие окружили их и стали хлопать в ладоши. Мы с Дармуро остановились, напротив нас стояли Иби и Тэктос. Заметив нас, они помахали.