― Я не привыкла получать отказы. Ваш заключенный рядом, он никуда не денется. Пусть просто наблюдает и завидует вам.
Если бы я так не переживала, присвистнула бы от восторга. Иби может быть невероятно убедительной.
Мужчины посмотрели друг на друга, а я наконец-то перевела взгляд на певца. Сафиер меня узнал, я видела это по его удивленным глазам, в которых застыл немой вопрос. Я многозначительно на него взглянула, приказывая взглядом заткнуться. Он меня понял и опустил голову.
― Ну, если дамы так просят, ― прошептал мой партнер мне на ухо. ― Кто мы такие, чтобы отказывать.
Он наклонился ко мне и грубо поцеловал. Не успела я опомниться, как его руки уже сжимали мою грудь, зубы покусывали сосок через ткань платья. Его ладони переместились и уже уверенно путешествовали по моей спине, спускаясь к ягодицам. Я схватила его за жесткие волнистые волосы на затылке и оттянула голову. Мужчина подчинился мне, и я начала страстно целовать его в шею, покусывая и полизывая. В этот момент мои бедра активно терлись о его пах. Стражник закрыл от удовольствия глаза, совершив большую ошибку. Воспользовавшись тем, что он был ослеплен страстью, я вытащила из ножен кинжал и полоснула парня по шее. Струйки крови брызнули на меня, окропив платье. Стражник начал задыхаться, пытаясь руками схватиться за место ранения, кровь вытекала из его рта и глотки, взгляд был полон шока и ужаса. Я видела, как жизнь медленно угасала в его глазах.
В этот же момент мужчина, на котором сидела Иби, попытался сбросить с себя мою сестру, чтобы схватить меч, но я оказалась быстрее. Не вставая со своего убитого «любовника», я перехватила кинжал левой рукой и воткнула его в ухо второму стражнику по самую рукоять, один раз провернув. Он моментально обмяк, а его голова безвольно опустилась на спинку дивана. Вытащив окровавленное оружие, я вытерла лезвие об одежду своего несостоявшегося партнера и спрятала его обратно в ножны.
Иби закрыла рот руками, с ее глаз начали капать слезы. Она быстро соскочила с мертвого тела и ее тут же вывернуло на пол. У сестры началась истерика. Это было наше с ней первое убийство. Точнее мое. Она была просто свидетелем, но в нынешних условиях ей пора было начать привыкать к такому.
Я взглянула на тела двух убитых мужчин. Руки задрожали, меня саму едва не вывернуло, но ужаснее всего, что я не чувствовала себя настолько паршиво, насколько должна была бы чувствовать после совершения двойного убийства. Для меня это было неприятным зрелищем, не более.
― Я вас помню, ― подал голос Сафиер. ― Вы дочери Алдоры из Батигара.
― Дочь – она, ― я указала на сестру. ― Я – племянница.
― Что вы тут делаете?
― Пришли за тобой. Мы проезжали мимо Картоксара и услышали, что ты здесь. Решили тебя спасти.
Сафиер с удивлением посмотрел на меня.
― Но чем я заслужил такую честь?
Подумав минуту, я сказала:
― Алдора себя бы никогда не простила, если бы не попыталась.
— Ах, моя дорогая, как же это на нее похоже. Я ей обязан многим, а теперь и вовсе в неоплатном долгу, — произнес Сафиер.
— Долг появится, когда мы тебя вытащим отсюда, — буркнула Иби.
— Верно, да и мне нужен бард, который после моей смерти сможет написать прекрасную балладу. Такую же прекрасную, как и баллада о моих родителях – Хамаре и Далии.
Глаза певца погрустнели. Он не был удивлен этой новости и лишь вымолвил:
― Для меня это честь.
― Сафиер, у нас будет время поговорить об этом, а теперь нам надо отсюда выбираться, иначе скоро сюда завалятся как минимум двое стражников, желающих развлечься со мной и Иби.
Сестра вытерла рот краешком своего платья. Она была все еще бледной, но, по крайней мере, смогла совладать с истерикой.
― Я слышу наших лошадей, ― произнесла она. ― Они за этой стеной, ― она указала пальцем за спину барда.
― Сафиер, тут есть где-нибудь окно? ― спросила я.
― Да, оно в старой гримерной, но оно очень маленькое, мы там не пролезем.
Иби метнулась в старую гримерку, которая находилась за ее спиной.
― Оно действительно маленькое, но дерево стало хрупким и почти стлело, мы сможем его сломать, если постараемся, но может быть шумно.
― Другого выхода у нас нет, ― произнесла я. ― Иби, подзови лошадей к окну. И нам надо подумать, как освободить его от оков?
― У вас есть шпилька? Или любой тонкий предмет? ― спросил бард. ― Все-таки я не только певец, но и вор. За это я сюда и загремел, уж с замком справлюсь.
Я стала перебирать пальцами в волосах в поисках шпильки, когда мимо меня прошла Иби и остановилась около стражника, из уха которого медленно стекала кровь.
— Нее быстрее ли будет воспользоваться этим? — легким движением она сорвала с его пояса связку ключей и потрясла ею перед собой.