Мы с Иби переглянулись, Тэктос был прав. Он мог получить все, что ему необходимо, не вынимая меч из ножен. Убил Хольса кто-то другой.
― Смотри-ка, Тэктос. В них стали зарождаться зерна осознания.
Иби вплотную подошла к Тэктосу. Я заметила, как его руки дернулись, будто он хотел обнять ее за плечи, но сдержался. Заглянув в его изумрудные глаза, она холодно произнесла:
― Мне нужны от тебя сейчас честные ответы. Какими бы они ни были, пусть будут честным, Тэктос. Я все равно узнаю правду, и лучше мне узнать ее от тебя.
Мужчина, не отрывая взгляд от нее, кивнул.
― Ты причастен к смерти Хольса?
― Нет, клянусь всеми богами.
― Ты применял гипноз на Ламаре?
Тэктос мотнул головой.
― Нет. В этом не было необходимости.
― Хорошо. Ты применял гипноз на мне? ― карие глаза Иби прожигали душу генерала.
Он сделал еще один маленький шаг вперед и склонился над сестрой, заглянув ей в глаза.
― Никогда, Иби. Я никогда бы так с тобой не поступил. И никогда не поступлю, даю слово.
Иби шумно вдохнула воздух.
― Осторожней с обещаниями, брат, ― произнес Мехилар.
― Осторожным надо быть тому, кто не собирается их сдерживать.
Король Раксарана усмехнулся, взглянув в распахнутое окно.
― Женщины – противоречивы и прекрасны, Тэктос. Они пару лет жизни помнят подвиги, совершенные ради них, и всю жизнь помнят одно несдержанное слово.
Иби немного отодвинулась от парня.
― Не заставляй меня жалеть о том, что сегодня я тебе поверила, — шепнула она.
Тэктос смотрел на мою сестру, словно завороженный. Его руки снова двинулись к ней, но он остановил себя на полпути, так и не прикоснувшись к ее лицу.
― Не пожалеешь.
Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.
Скорпский дьявол! Я в замке Проклятого Короля, без оружия, без сил, на мне браслет Инзура, который станет моей кончиной в течение года, если я не найду убийцу Хольса, и вот, когда я была уверена, что этот ублюдок почти в моих руках, Тэктос вполне логично оказывается не тем, кто бы стал это делать! Да я в заднице, господа!
Мехилар прокашлялся и Иби, встрепенувшись, стала рядом со мной. Магнус прижался к ее колену.
― Отдохните с дороги, ― сказал Мехилар. ― Уверен, подходящих условий для двух девушек в путешествии со стражниками не было. Через два часа приходите в столовую ужинать. Вас проводят в ваши покои, вас осмотрит наш лекарь.
Я удивленно моргнула, посмотрев на короля Раксарана, как на сумасшедшего.
― Наши покои? Лекарь? ― переспросила я.
― Да, что-то не так?
― Разве нас не полагается запереть в темнице? Ну, по крайней мере, меня.
Мехилар перевел в мою сторону недоуменный взгляд.
― Обычно наши гости останавливаются в покоях, но если у тебя особые предпочтения, я могу распорядиться, чтобы тебе приготовили солому в темнице. Орий, конечно, будет возмущаться, когда станет осматривать твои раны, но если ты этого хочешь… Только учти, там сыро, холодно, а крысы, которые там бегают, могут быть размером с вашего ликергиуса, ― король указал рукой на Магнуса.
― Ликергиуса? ― переспросили мы одновременно с Иби.
― Да.
― Ликергиусов истребили, ― печально произнесла Иби. — Это простой волк, с необычными глазами.
― Я не сомневаюсь, что ты прекрасный анипат и хорошо разбираешься в животных, но это не просто волк, — уверенно заявил Мехилар. ― Ликергиусы встречаются крайней редко и их действительно истребили практически всех более тысячи лет назад, но Африель[1] смог уберечь несколько особей.
― Кто такие ликергиусы, может мне кто-нибудь объяснить? Чем они отличаются от обычных волков? ― спросила я.
― Ликергиусов по-другому называют королями волков, ― начала Иби. — Это необычные животные. Их так же сложно приучить, как и дактисов[2], и магии они плохо поддаются. Если они все же выбрали себе хозяина, то связывают их жизни. Животное погибает тогда, когда умирает хозяин. Взрослая особь может вырасти до размеров лошади, ― произнесла Иби, поглаживая Магнуса за ушком.
― Сейчас он размером с обычного волка, ― заметила я.
― Потому что он – щенок, ― ответил Мехилар. ― Ему не больше четырех месяцев. На него еще может влиять магия.
― А от кого их уберег Африель?
― От жадных и алчных людей, ― со злостью ответил Тэктос. Я удивленно посмотрела на него. ― Такую уж судьбу уготовила этим созданиям Маврита.
― Я смотрю, очень многие страдают от Мавриты, ― с ненавистью произнесла я. ― Она должна относиться не к Светлым богам, а к настоящим сукам.