Но ей не следует делать скоропалительные выводы.
— Он…
— С ним все в порядке. — Оливин улыбнулся и кивнул. — Он здесь. Мы путешествовали вместе, следуя за лодками. Он недалеко, прячется в безопасном месте.
— Хорошо. — Эйра положила руки ему на плечи и опустила голову, наслаждаясь облегчением, которое волнами накатывало на нее. Казалось, что раз Йонлин жив, жива и надежда. Она выпрямилась, собираясь с силами. Победоносная улыбка сползла с лица Оливина, когда он увидел выражение ее лица. — Тебе нужно вернуться к нему и отсидеться в этом безопасном месте денек-другой. — Достаточно времени, чтобы она уехала.
— Не без тебя.
— Послушай меня. — Она схватила его за сильные предплечья. Его одежда была скользкой под ее ладонями. Она облегала твердые мышцы его груди. — Я не какая-то девица, которую нужно спасать. Я здесь, потому что сама хочу этого.
Оливин изучал ее. Дождь стекал по его лицу, он растекался между ними.
— Ты говоришь правду.
— Еще бы. — Эйра вздохнула. — Так же, как я знаю, что ты хотел, как лучше. Но прислушайся ко мне, когда я говорю тебе надо уходить, я пытаюсь защитить тебя.
— Я могу быть тем, кто защитит тебя, — настаивал он.
— Ты не можешь помочь мне так, как мне это нужно. Я потеряла магию, и Адела единственная, кто может помочь мне ее вернуть. — Каждый раз, когда она произносила эти слова, они ее ранили, но болело все меньше и меньше. Теперь это был просто факт.
Глаза Оливина слегка расширились. У него, без сомнения, была тысяча вопросов, которые вертелись у него на языке. Но он оставил их, как и любые возражения, при себе.
Он задержался, чтобы выдохнуть еще одно горячее дыхание ей в лицо, контрастирующее с холодным дождем. Он заглядывал в глубину ее взгляда, пока она вглядывалась в него. В этом было гораздо большее… Он выслеживал ее, без устали прокладывал курс пешком.
«Почему я так много значу для тебя?» — хотела спросить Эйра. Но сомневалась, что даже у него есть ответ.
Напряжение его мышц ослабло. На краткий миг серое пасмурное небо превратилось в ночь, которая накрыла Деревню чемпионов, когда они впервые поцеловались. Но, в конце концов, Оливин слегка сжал ее и отпустил.
Эйра удержалась от того, чтобы попросить его остаться.
— Хорошо, Эйра. Я доверяю тебе. Всегда доверял. Прости за недопонимание.
Она покачала головой.
— Ты присматривался ко мне, как к Тени.
— Я присматривался к тебе. — Он отступил назад. — Если ты передумаешь, мы в гостинице «Роллинг Пони Инн». Предложение провести ночь в моей постели остается в силе.
— Принято к сведению. — Эйра тихо рассмеялась. — Сомневаюсь, что приду, но, возможно, остальные наши друзья встретятся тебе на пути.
Он слегка прищурился, наклонив голову, а затем выражение его лица сменилось ухмылкой.
— Хорошо, я буду начеку. — Она всегда ценила, каким проницательным он был, как быстро соображал.
Оливин повернулся и пошел по палубе обратно. Его шаги были тяжелее, чем ей хотелось бы. Но, по крайней мере, он уходил. Даже если бы Адела услышала его сейчас, он бы ушел к тому времени, как она удосужилась бы появиться.
Слабая улыбка скользнула по ее губам, когда он спускался по палубе, тусклый городской свет, падавший сбоку от лодки, вырисовывал его силуэт. Доки, к которым он направлялся, были пусты из-за ливня. Но все, что она могла слышать, был каждый его шаг, громче предыдущего. Громче дождя.
Громче, чем дождь.
Ее голова дернулась в сторону доков. Дождь все еще барабанил по ним крупными каплями. Он лил так сильно, что было почти невозможно разглядеть ближайшее здание напротив.
И все же единственными звуками на лодке были его шаги и тихое шуршание одежды.
— Оливин… — слабо прошептала Эйра. Он не услышал.
— Эйра, ты должна была сказать мне, что собираешься пригласить еще друзей, — холодно сказала Адела. Одна рука покоилась на ледяной трости, другая была вытянута вперед, постукивая ногтями друг о друга. — Я бы лучше подготовилась к приему нового гостя.
Холод, пробежавший по ее спине, отозвался в горле беззвучным криком. Дождь окутал лодку, словно стекая с невидимого щита. Он струился ручейками по обоим берегам, впадая в реку.
— Я могу объяснить. — Эйра двигалась слегка порывистыми движениями. Мышцы ее груди были напряжены, подрагивая от дыхания. Она замерзла? Или это был чистый ужас, вызвавший у нее дрожь по всему телу?
— Возможно, тебе стоит, — промурлыкала Адела, глядя на Оливина. — Он определенно не собирается.