— Давайте. — Эйра, не теряя времени, обвила руками шею Оливина.
— Ты такое требовательное создание, — пробормотал он, поднимая ее на руки. Она чувствовала, как дрожат его мышцы, но он успокоился в тот момент, когда она оказалась в его объятиях. Каким-то образом, несмотря на то, насколько они оба были измотаны, Эйра чувствовала себя в безопасности в его объятиях.
— Тебе было бы намного лучше без меня, — согласилась она, ее слова почти растворились за воем ветра и дождя.
— Я никогда такого не говорил. — Он грозно посмотрел в ее сторону. Время ненадолго остановилось, зависнув на вдохе. «Поцелуй его. Ты, наверное, вот-вот умрешь… а может, и нет». Эта мысль пронеслась в ее голове, но он заговорил прежде, чем она успела отреагировать на нее. — Готова?
— Как никогда прежде.
— Давай, Йонлин. — Оливин подпрыгнул в воздух. — Мист се! — Он тяжело приземлился на светящийся диск. Тот закачался под ним.
Эйра прижалась крепче, когда Оливин восстановил равновесие, не желая, чтобы ее вес еще больше опрокидывал его в ту или иную сторону.
— Мы почти на месте, — оптимистично предположила она.
— Я не уверен…
— Брось меня, если мы собираемся упасть.
— Эйра…
Она встретилась с ним взглядом.
— Если мы упадем, двигай ногами вперед. Брось меня и выпрямись как можно прямее. — Она кое-чему научилась в доках Опариума.
Он кивнул и сошел с глифа.
— Мист се.
Йонлин был прямо у него за плечом. Корабль проходил под опускной решеткой. Ноэль, Лаветт и Варрен были на корме судна, отражая вспышки магии своими собственными силами вместе с половиной команды. Каллен управлял парусами. Элис и Дюко сумели починить корабль так же быстро, как он был поврежден. Адела стояла на носу судна, стойкая и уравновешенная, устремив взгляд на безопасное море за бортом.
Они это сделают. Это должно сработать.
Все, казалось, замедлилось, когда Эйра встретила решительный взгляд Аделы. Легкая улыбка скользнула по губам королевы пиратов. Казалось, это говорило о хорошей работе. Радость переполнила грудь Эйры почти до предела. Впервые в ее жизни она почувствовала, что кто-то гордится ею… кто-то, на кого она смотрит почти как ребенок на родителя.
Все произошло так быстро. В мгновение ока высоко наверху раздался взрыв.
Внимание Аделы метнулось вверх. Трещины распространились по сводчатому проходу, как разряды молнии. Охранники, должно быть, выломали дверь взрывом… но они не знали, что сооружение уже ослаблено Оливином и Йонлином, разрушившими стену, чтобы сбежать.
Арка стала рушиться. Вспыхнул свет. Цепи лопнули.
Эйра резко вдохнула, когда опускная решетка с грохотом опустилась. Оливин инстинктивно оглянулся. Его сосредоточенность дрогнула, и этого было достаточно, чтобы его магия ослабла.
Эйра со смертельной скоростью рухнула в холодное море.
Глава 17
Казалось, что время замедлилось. Все произошло внезапно.
От лодки с обеих сторон хлынула волна льда. Она врезалась в основание арки и помчалась вверх, словно стая волков на охоте. Лед окружил падающий камень и опускную решетку, заморозив последнюю на месте, остановив всякое падение. Он был настолько плотным, что верхняя часть корабельной мачты царапалась об него, пока лодка шла под ним.
Но судно сбросило скорость одновременно с замедлением спуска Эйры. Под ней пронесся восходящий поток воздуха, оставляя дрожь. Она перевернулась в воздухе, размахивая руками, будто могла каким-то образом плыть по течению. Ветер выровнялся, пытаясь подхватить ее… смягчить падение.
Каллен.
Его магия пробежалась по ее коже. Это было призрачное чувство — возвращение старого друга, которого она когда-то хорошо знала. Все те дни совместной работы. Все те разы, когда она касалась его кончиками пальцев…
Эйра изогнулась, опустив ноги и скрестив руки на груди. Он замедлил ее достаточно, чтобы она смогла контролировать свое падение. Эйра была подобна стреле, пронзающей поверхность воды, погружаясь глубоко в холодные глубины под действием инерции. Холод пытался украсть воздух из ее легких. Эйра сжала челюсти, чтобы не ахнуть.
Как только она замедлилась, она начала отталкиваться ногами и подниматься вверх. Даже без магии она была сильной пловчихой. Находиться в воде, в море, было естественным состоянием. Казалось, что ее магия нашептывала из глубин ее сознания, как давно забытое воспоминание. Зов манящий, как прилив.