— Ты обманул меня.
— Я забыл рассказать тебе кое-что о себе, что, честно говоря, не имело значения, пока не начался турнир, — возразил он, слегка нахмурившись. — Адела заставила меня работать с Тенями в Меру задолго до того, как кто-либо из нас даже узнал о твоем существовании. — Дюко оглянулся. — Мы можем продолжить разговор, но нам следует поторопиться. Ты слышала Фена, у нас есть только час.
— До чего?
— Пока Адела не решит, что мы мертвы или слишком неумелы, чтобы работать на нее. В любом случае, она отчалит без нас.
Забирая с собой моих друзей. Эйра пошла вперед, взяв на себя инициативу.
— О чем еще ты мне солгал?
— Я никогда откровенно не лгал, — продолжал протестовать Дюко.
Эйра пристально посмотрела на него, но решила не объяснять выражение своего лица.
— Ты сказал, что тебя воспитывала Адела? Я думала, твоя семья была убита на границе Сумеречного королевства.
Было время, когда они тайком ходили туда-сюда во Двор Теней, и по дороге он рассказывал ей о себе. Он говорил о поселении на окраине леса Сумеречного королевства. О нападении Ульварта, когда он еще был лидером Мечей Света.
— Так и было. — По одному только тону Дюко она поняла, что он говорит правду. Даже, несмотря на все свои сомнения, относительно его намерений, она слышала ее в его голосе. — Что я забыл тебе сказать, так это то, что причина, по которой мы осмелились основать поселение на окраине леса, где мы были уязвимы для фанатиков Ярген, заключалась в том, что мы хотели быть ближе к воде… ближе к тому месту, куда мог прийти «Шторм».
— Вы все были пиратами? — Эйра помедлила на углу, оглядывая улицу, прежде чем повернуть.
— Большинство, и те из нас, кто не состоял у нее на службе, знали, кем были остальные, и что делали.
— Но Адела…
— Никогда не причиняла вреда Сумеречному королевству, в отличие от большинства других, — перебил он. — Она была добра к нам, как и к большинству нежеланных негодяев.
— Но ты сказал, что сразу после этого присоединился ко Двору Теней, чтобы отомстить за свою семью. — Эйра торопливо пересекла улицу. Она старалась двигаться параллельно реке.
— Нет, это ты так сказала, — поправил Дюко.
Эйра вернулась к их разговору, перебирая воспоминания. Он рассказал ей о своей семье. О нападении Ульварта. Ребекка нашла его, цепляющимся за жизнь.
Затем она сказала: «Итак, тогда и там ты поклялся отомстить и присоединился ко Двору Теней». Дюко кивнул… но больше ничего не сказал. Разговор сменился.
— Хорошо, но ты кивнул в знак согласия, — пробормотала она себе под нос.
— То, что я рассказал тебе о том, что Ребекка нашла меня, было правдой. Как и моя жажда мести. Но что мог сделать мальчик против такого безумца, как Ульварт? Мне нужно было время. И Ребекка действительно предложила приютить меня… но я знал, что мне нужно было кое-куда, и отказался немедленно последовать за ней. Она предположила, что «кое-куда» — это вернуться в Сумеречное королевство. Ребекка сказала мне разыскать ее, когда я подрасту и буду готов.
— Ты сделал это и присоединился ко Двору Теней в качестве двойного агента.
Он кивнул.
— Я был там, чтобы наблюдать. Не вмешиваться и не причинять вреда Меру. Скорее наоборот.
Эйра замедлила шаг. Они приближались к докам, и, судя по отдаленным крикам, там все еще царил какой-то переполох. К ней пришла идея сбежать, чтобы найти свою семью или Оливина, но Эйра отогнала эту мысль. Ее семья была либо мертва, либо где-то, куда она не сможет добраться. Как бы тяжело ни было не побежать к ним, ей надо было сосредоточиться на людях, которым она реально могла помочь… и эти люди были на лодке, которой управляла Адела.
— Почему пират… ни много, ни мало один из пиратов Аделы — не должен был причинять вреда Меру?
Он пожал плечами.
— Если бы я знал, я бы сказал тебе. Она проинструктировала всех нас, кто ступит на землю Меру, не делать ничего, что могло бы навредить благополучию Меру. Никаких убийств, мародерства, воровства или любого другого обычного пиратства.
Ей вспомнились слова Денеи: «Аделу уже давно не видели на побережье». Возможно, Адела действительно потеряла интерес к Меру. Что делало еще более загадочным то, почему она, несмотря ни на что, вернулась за Эйрой. Ее прежнее подозрение, что, возможно, Адела не совсем честна, непрошено вернулось.