— Нет. И в мыслях не было, ты и наши дети будут жить под теплым, ласковым солнцем этого мира, — улыбнулся наг.
— Тебе понравились детские комнаты? — наг пытливо заглянул в мои глаза.
А я даже кивнуть от ужаса не могла.
— Не бойся, у них не будет ни хвоста, ни чешуи, но кровь их будет голубой в прямом смысле этого слова, как у нас. Не бледней так. Забеременеть ты сможешь не раньше чем через 7–8 лет после свадьбы. У тебя будет достаточно времени, чтобы привыкнуть к семейной жизни. Насколько же было бы все проще, если бы твоя мать все тебе объяснила вовремя.
— Не смейте осуждать мою мать! — не выдержала я.
— Я не осуждаю, я констатирую факт, ты не знаешь ничего из того, что уже должна была давным-давно знать.
— Мне объясняли! К тому же свадьба еще через 6 лет только.
— Через 3 года. В год твоего двадцатилетия, в день осеннего равноденствия.
— Почему? — похолодела я.
— В этот день очень удачно сходятся звезды для заключения брака. Следующий такой удачный день будет только через 20 лет. Я прибуду к вам на следующие выходные, чтобы официально подтвердить сватовство и назвать тебя своей невестой.
— Я не думаю, что сейчас подходящее время для приема сватов.
— Все будет хорошо. Они помирятся за неделю. Я лично могу вступиться за твою мать перед Антом.
— Вы можете сделать так, чтобы Андрея в школе не было, и никто не спрашивал, где он?
— Бабушке сказать придется.
— Она не знала?
— Нет, конечно. Влюбился мальчик, не устоял, продал душу дьяволу.
— Как так? — я аж вздрогнула.
— Он влюбился в твою мать, снял печать Велеса, сдерживающую в нем сущность Скипера, чтобы иметь над ней власть.
— Как снял-то? — опешила я.
— Отец ваш общий ментальный помог.
— Зачем ему это?
— Скомпрометировать мать перед отцом, он сам хочет к ней вернуться.
— А вы откуда это знаете?
— У тебя был резкий всплеск негатива, когда ты их увидела, и я навел справки по ситуации быстренько.
— Где сейчас Андрей?
— У нас в безопасном месте, там, где никому не сможет навредить.
— Мне срочно нужно с дедом поговорить.
Я решительно выдернула свои руки из рук жениха, как ни странно, вполне себе теплых, даже горячих. Он послушно исчез, я кинула зов Велесу.
— Дед, как ты мог устроить к нам в школу это чудовище!
— Если ты об Андрее, он абсолютно безопасен. Я слежу, — отозвался дед.
— Хреново следишь! Снял он твою печать и подтерся ею!
— Как так? Нет у него столько сил еще.
— А он у дьявола сил попросил и был услышан!
— Как попросил! Зачем?
— В маму влюбился.
— Да етит твою за ногу! — прошипел дед. — Вот этого не ожидал.
— Он две недели уже с ней… а она под гипнозом и не помнит ничего потом. Я сегодня случайно увидела, закричала, и она только тогда в себя пришла. А папа ей скандал вкатил, у него кольцо потемнело.
— Твою ж холеру. — дед был в своем репертуаре.
— Зачем ты его привел к нам, дед! Зачем? Такие души минимум 500 лет до перерождения взаперти держать нужно.
— Его переродила его мать, Марена. Пожалела заблудшую душу сына, подобрала для него отличную семью, где лишь хорошему научат, попросила меня наложить печати, сдерживающие первородную мощь. Я не видел причины отказать, все было хорошо. Пока этот не объявился.
— Еорган сказал, что он хочет вернуться к маме.
— Он может хотеть, что угодно! Тебя не должно это беспокоить, мы будем у вас через 15 минут, все объясним отцу.
Я встала. Оделась, привела себя в порядок. Мила безмятежно и крепко спала. Я вышла в коридор. Нажала на звонок, в комнате родителей никто не ответил. Я решила поискать маму по ментальному следу. Точнее, мне легче было найти по ее неповторимому ардонийскому аромату кожи. Пошла на него, старательно принюхиваясь, нашла маму в сауне, выглядела она ужасно. Зареванное лицо. Потекшая тушь. Мать отпила вино из огромного бокала и принялась ожесточенно оттирать и без того раскрасневшиеся уже плечи.
— За что? Боже, ну за что!
Рыдания матери, словно нож, резали сердце, я подошла и погладила мягкие желтые волосы. Мама вздрогнула и попыталась взять себя в руки.
— Ты чего не спишь? — спросила она, отпив еще вина.
— В следующее воскресенье жених официально свататься придет, — выдала я, чтобы отвлечь мать.
— Уже? Он сам сказал?
— Да, впервые приходил сегодня в человеческом облике.
— И как он тебе? — спросила мама.
— Жутко, если честно. Его глаза в человеческом облике еще страшнее, чем в змеином, мне с ним неуютно, не по себе.
— Ты просто дай ему шанс, дочка.