Выбрать главу

— И боюсь, не будут ещё десять. Если узнает, что в этой жизни она делила с ним постель. Плюс общая дочь есть и внуки.

— Ну, я просто тебе говорю, будь готова услышать неприятное про отца.

— Ладно, буду, — вздохнула я.

— О, девчонки! Вот вы где?

В комнату заглянул Витя.

— Пойдемте на катере кататься?

— Ты уже решил, чем будешь заниматься здесь, Ромео?

Мне были неприятны те взгляды, что брат кидал на подругу. Пусть она теперь и его девушка, приличий-то это не отменяет?

— Конечно! Отцу помогать буду!

Брат ожег меня обиженным взглядом.

— А поконкретнее! — не сдавалась, непонятно зачем, я.

— По специальности я классный техник. У меня куча идей по поводу технического прогресса на любой из планет. Ты же знаешь.

— Ой, ну сам себя не похвалишь, — закатила я глаза.

— А то ж, — подмигнул брат, — пойдемте.

— Лучше наверх и в кино, — зевнула я, надеясь, что пока они будут миловаться на задних рядах, я хоть высплюсь в удобном сиденье.

Мой план удался. Я вообще проснулась лишь в половине третьего в своей кровати, сладкая парочка сидела тут же в кресле. Точнее, в кресле сидел брат, Мила сидела на его коленях. Они что-то смотрели в планшете и тихонечко смеялись.

— Доброе утро, соня, — улыбнулся брат, увидев, что я открыла глаза.

— Я как тут?

— На ручках моих благополучно доехала, — улыбнулся брат, — чем-ночью-то занималась?

— Подарок жениху готовила.

— Значит, он тебе нравится? — просиял брат.

— Будем считать, что так, — буркнула я, выскользнула из постели и заправила ее.

— Что смотрите?

— Архив семейный Миле показываю. До тебя скоро дойдем.

— Слушай, давно хотела спросить, а почему в первый год от месяца и до 7 у меня нет фотографий с мамой?

— Мама болела в это время, — брат ответил подозрительно быстро и отвел глаза.

— Болела? Дочь богов? Издеваешься?

— Не физически. Душевно, — пояснил брат с тяжелым вздохом.

— В смысле? — опешила я.

— У нее был сильный стресс.

— Из-за чего?

— Ну, тебе же рассказывали о том, кто раньше жил в теле отца.

— Да, Люцифер. потом вошел твой отец, в смысле, наш.

— Мама не знала о том, что в теле генерала Люцифер жил, а когда узнала, случился нервный срыв…

— И она не хотела меня видеть? Потому что я его дочь?

Мой голос дрогнул, к горлу подступили слезы.

— Она никого не хотела видеть, ей было плохо, понимаешь?

— Она его любила, да?

— Да. Очень, — кивнул Витя. — Она тебе никогда не признается и будет говорить, что переживала так предательство Ягини, Велеса, Тарха, Перуна и Олега, которые знали, что в теле Орлана жил все эти годы Люцифер. Но все мы знаем, что она его любила очень. И ломало ее из-за расставания с любимым мужчиной. Отцу пришлось заново ее завоевывать… Первые месяцы она даже смотреть на него отказывалась.

— А папа сразу меня принял? — дрожащим голосом спросила я.

— Конечно! С рук тебя не спускал! Ты ж такая хорошенькая была. Так на него похожа. Как тебя не любить?

Брат притянул меня к себе за руку, я села на другую его коленку.

— А ты почувствовал разницу, когда в теле генерала оказался уже твой отец?

— Конечно! Это непередаваемый поток любви и тепла, которого мы с Викой раньше ни от кого не ощущали.

— А Люций вас не обижал?

— Нет. Да мы и виделись-то только за завтраком. Не всегда за ужином и по выходным. Был всегда довольно мил, участлив. Играл в футбол, тренировал в рукопашном бою и на полосе препятствий, иногда просто в игрушки играли и за жизнь разговаривали. Неплохой дядька, в общем.

— Значит, мама через полгода папе сдалась? — улыбнулась я.

— Да, как-то зашел утром с тобой на руках в его спальню, а они вместе спят, обнявшись. Мама открыла глаза, взяла тебя на руки, прижала к себе и, плача, просила прощения за то, что оставила на целых полгода. И обещала, что больше никогда так не поступит. С тех пор у нас все и хорошо.

А мне почему-то очень захотелось добавить: «Было…»

Посмотрев фото, мы пошли пить чай. Мама и Даша с Тимошей уже вовсю чаевничали, присоединились и мы. Идиллию нарушил Ярослав, ворвавшийся на террасу. Парня шатало. Глаза ненормально блестели. Я никогда его раньше таким не видела и не сразу сообразила, что он просто напросто пьян. Деверь плюхнулся на стул и, нехорошо так ухмыляясь, попросил маму: