Соррель нахмурилась, глядя на робкую ведьму, опрокинутую на пол ударом ее подчиненной.
– Или шабаш решит, как с ней поступить, или пускай выбирают нового командира. Достаточно одного слабого шабаша, чтобы мы завалили военные игры.
Командир шабаша тяжело дышала, валяясь на жестком каменном полу. Из носа капала синяя кровь. Манона скрипнула зубами.
– Дай ей еще пару дней. Может, сама сообразит, что к чему.
Даже внутри клана Черноклювых другим шабашам незачем знать о чьих-то промахах.
– А вечером пусть Васта возьмет ее с собой на прогулку.
Манона оглянулась на рыжую ведьму, обучавшую другой шабаш искусству стрельбы из лука.
– Уж не знаю, где именно она издевается над смертными с Северного Клыка.
Соррель удивленно захлопала ресницами, но наткнулась на жесткий взгляд Маноны.
– Ты врешь еще хуже, чем Васта. Думаешь, я не заметила, как смертные постоянно пялятся на нее? И следов укусов на человеческих шеях не видела? Чтобы отныне – ни одного убитого. У нас и так полно забот. Не хватало еще только бунта смертных.
Астерина хмыкнула, но Манона выразительно поглядела на нее, и заместительница отвела глаза, придав лицу излишне невинное выражение. Если Васта укладывала смертных в постель и пила их кровь, предположения Астерины оказались верными. Но никто из ведьм не заикался о странном вкусе человеческой крови.
– Как прикажешь, госпожа. – Загорелые щеки Соррель слегка покраснели.
Если Манона была льдом, а Астерина – огнем, то Соррель напоминала камень. Помнится, бабушка предлагала Маноне сделать своей заместительницей именно ее. У льда и камня есть немало общего. Но Маноне нужны были как раз огненные качества Астерины. Только она могла мигом воспламенить ведьм или вцепиться в глотку каждой, кто осмелился бы оспорить власть Маноны. Без помощи Астерины Манона никогда бы не сплотила отряд Тринадцати и не добилась таких впечатляющих успехов. Соррель отлично уравновешивала Манону и Астерину. Идеальные качества, чтобы быть третьей по значимости в отряде Тринадцати.
– Кто сегодня и развлекается, так это наши зеленоглазые двойняшки, – заметила Астерина.
Черноволосые Фалина и Фаллона не переставали злорадно улыбаться. Они обучали три шабаша искусству метания ножей, используя учениц в качестве живых мишеней. Манона покачала головой. В другое время и при других обстоятельствах она бы запретила подобную потеху. Но сейчас была вынуждена закрыть на это глаза. Пусть делают что угодно, только бы держать боевой дух Черноклювых на должной высоте.
– А мои Тени? – спросила Манона. – Они чем заняты?
Идда и Бриара были двоюродными сестрами, но все время держались вдвоем, не уступая в этом двойняшкам. Их с раннего детства учили сливаться с темнотой и слушать. Естественно, что здесь их не было. Они выполняли приказ Маноны.
– Вечером они сами тебе доложат, – сказала Астерина.
Разведчицы приходились Маноне дальними родственницами. Как и она, обе родились с серебристыми волосами. Но лет восемьдесят назад они вдруг поняли, что волосы цвета луны выдают их, и стали краситься в густой черный цвет. Они были крайне молчаливыми и никогда не смеялись. Порою даже Астерина не замечала их присутствия до тех пор, пока их железные зубы не вспыхивали в опасной близости от ее горла. Это было единственным развлечением Идды и Бриары, хотя над Маноной они шутить не отваживались. Неудивительно, что и драконов они себе выбрали цвета оникса.
– Вам обеим тоже быть у меня, когда Тени явятся с докладом, – велела Манона Астерине и Соррель.
– Тогда в караул к двери я поставлю Линну и Васту, – сообщила Астерина.
Та и другая были запасными караульными Маноны. Васту она выбрала за умение обезоруживающе улыбаться, а Линну по другой причине. По-настоящему эту ведьму звали Линнея. Такое имя успела ей дать ее мягкосердечная мать, прежде чем бабушка Линны вырвала у матери сердце. Тот, кто осмеливался назвать Линну полным именем, в лучшем случае оставался без зубов. В худшем – без лица.
Манона собиралась уйти, когда поймала вопросительные взгляды Астерины и Соррель. Она знала, какой вопрос обе не осмеливаются ей задать.
– Через неделю я поднимусь на Аброхасе в воздух, и тогда мы начнем летать всем отрядом.
Это была ложь, но ей поверили.
Глава 28
Шли дни, и не каждый из них приносил Селене огорчения. Ни с того ни с сего Рован вдруг решил познакомить ее с целителями. До места, где лечили и учили лучшие в мире целители, было пятнадцать миль, и находилось оно на границе владений смертных и фэйцев, то есть было доступно не всем. Создание этого поселения было одним из немногих добрый деяний Маэвы.