Шаол очень в этом сомневался, однако и сам хотел, чтобы Селена не лезла туда, где горячо. Зная ее характер… Эдиону тогда придется приковать ее к трону. Селена – не из тех королев, кто станет отсиживаться в покоях дворца и ждать донесений.
– Я вас внимательно слушаю, – напомнил Шаол.
Эдион всматривался в огонь, словно пытался разглядеть сквозь стену пламени события десятилетней давности.
– Магия не исчезла с началом адарланского вторжения. Это случилось позже, когда стали шириться казни и сожжения противников короля. Меня удивило поведение птиц. Я подумал, что они напуганы солдатами и стремятся убраться подальше от опасных мест. А может, наоборот, их привлекала возможность попировать на падали. По приказу короля меня держали взаперти, в башне. Я днями не решался подойти к окну. Не хотел смотреть на дым пожаров и прочие ужасы. Но в тот день птицы подняли такой галдеж, что я не выдержал и подошел взглянуть.
Эдион тряхнул головой:
– С птицами творилось что-то неладное. Какая-то сила заставляла их странным образом менять направление полета. А потом я услышал уже не птичьи крики. Человеческие. Люди падали, где стояли. И умирали, словно невидимым кинжалом им перерезали горло.
Эдион нашел среди книг большую карту Эрилеи и расстелил на низком столике. Мозолистый палец генерала уткнулся в кружок, обозначавший Оринф.
– Вначале скопление птиц летело на северо-запад. – Палец Эдиона прочертил линию. – Из окон башни мне было далеко видно. Высота позволяла рассмотреть птиц. Многие были нездешними, с юга. Наши птицы другие и на такие расстояния не летают. А потом скопления как будто развернули: сначала на север, затем на восток. И невидимая сила, о которой я сказал, шла из другого места.
– Может, отсюда? – предположил Шаол, указывая на Перрант, второй по величине город Террасена.
– Нет. Южнее. Из Эндовьера или даже более южных мест.
– Вы не могли видеть на такое расстояние, – осторожно заметил Шаол.
– Конечно. Но меня с детства готовили быть полководцем и многому учили. Я знал породы птиц Задубелого леса, их крик и охотничьи повадки. А птицы, которые кружили над башней, были из Адарлана. Чтобы отвлечься, я начал их считать.
Эдион замолчал, словно решая, рассказывать дальше или нет.
– До этого птицы с юга у нас никогда не появлялись.
Шаол ткнул пальцем в другой кружок, обозначавший имперскую столицу Рафтхол. Обломанным ногтем провел линию на запад, к горам и Ферианской впадине.
– Невидимая сила, о которой вы сказали, скорее всего, шла оттуда.
– Вскоре после того, как птиц развернуло, магия исчезла. Слушай, а разве ты сам не помнишь тот день? Ты был уже достаточно взрослым.
– Я находился в Рафтхоле. Здесь, если кого и крутило, старались не показывать. В Адарлане магия давно уже была под запретом… Скажите, куда все это нас заведет?
– Кстати, Рен и Муртаг испытывали схожие ощущения. – Эдион уклонился от ответа.
Он стал рассказывать, как Рен и Муртаг были удивлены странным поведением животных и птиц. На них дважды накатывала непонятная сила. Это произошло в день исчезновения магии. Они тогда были очень далеко от Террасена – в Бухте Черепов.
В Рафтхоле дед и внук появились полгода назад, привлеченные лживыми рассказами Аркера Фэнна о чудесном спасении Аэлины. Тогда-то мятежники и задумались всерьез об использовании магии, о поиске способов лишить адарланского короля его силы и восстановить Террасен. Стали вспоминать, чем каждому запомнилось исчезновение магии. Оказалось, у всех мятежников были схожие ощущения. Не ограничиваясь этим, они решили расспросить жителей более отдаленных земель. Нашли торговца из Пустынного перешейка, оказавшегося весьма словоохотливым. Он был родом из города Сандри и говорил с мятежниками на удивление откровенно, хотя все его дело строилось на контрабандной торговле.
«У правителя Сандри я украла астерионскую кобылу».
Селене тоже пришлось побывать в тех местах – правда, не по своей воле. И оставить заметный след. Вспомнив об этом, Шаол почувствовал боль в груди, однако невольно улыбнулся.
Итак, если верить словам торговца, в пустыне исчезновению магии предшествовали не две, а три странные волны.
Первая пришла с севера. Торговец в тот момент находился в крепости правителя Сандри и с высоты видел, как задрожали красные пески вокруг города. Вторая волна накатила с юго-запада и накрыла его, словно песчаная буря. Последняя, третья волна явилась из того же места, о котором упоминал Эдион. Через считаные секунды исчезла вся магия. На улицах поднялась паника. Люди вопили, решив, что наступил конец света. Через неделю правитель Сандри приказал казнить всех, кто промышлял магией или учил ей. Тогда снова поднялись вопли, но уже по иному поводу.