Небритый пожал плечами и с насмешкой ответил:
— Пока, мистер.
— Четыре! — вскричал Херби. — Это же большие деньги в России!
Жулик покачал головой:
— Не теперь, мистер.
— Вы грабитель! Преступник! — вознегодовал Джейк, уже не заботясь о вежливости. — Вы… Вы…
Он так и не нашел нужного слова, зато собеседник его, вновь усмехнувшись, проговорил:
— Точно, мистер, я — преступник. Я побывал в тюрьме и не хочу туда возвращаться. Пять тысяч, и это еще дешево. Скидка специально для вас. — Глядя в глаза Херби немигающим взглядом, он добавил: — И вы дадите мне эти деньги. Я не лезу в ваши дела, но без меня вам не обойтись, мистер Счастливчик. Считайте, что вам крупно повезло, когда мы встретились.
Мерзкий вымогатель был абсолютно прав — выбора у Джейка не оставалось.
— Черт с тобой, — сдался он. — Я заплачу пять… Но дело должно быть сделано до понедельника! — Он на секунду задумался и уточнил: — Нет, завтра! Именно завтра. Или, крайний срок, послезавтра.
— Нет проблем, — важно качнул головой небритый и добавил: — Имя и адрес.
Глава 52
Слава Марков приоткрыл глаза. Заварзин немедленно заметил это и приблизился.
— Слав, как ты? — негромко спросил он. — Говорить можешь?
Марков чуть заметно шевельнул губами, но не издал ни звука. Его лицо отразило мучительное напряжение.
— Ну хоть намекни, ты видел, кто тебя ударил?
Слава медленно, с видимым усилием поднял руку и вновь уронил ее на одеяло.
— Это был Гаррис? Гаррис? Ты хоть мигни! — попросил тот.
Медсестричка забеспокоилась.
— Осторожнее! Не волнуйте его! — воскликнула она.
— Простите, но… Мы ведь должны выяснить, кто хотел его убить? — вмешался лейтенант Карасев, шумно дышавший в затылок частному детективу.
Глаза Славы закрылись. Он вновь лишился сознания.
— Ну вот! — всплеснула руками сестра. — Я же просила не волновать!
Заварзин вздохнул и проговорил, словно Марков мог его слышать:
— Ладно, ладно, старик! Очухаешься — скажешь. Мы его прижучим. Ничего он сейчас не сообщит, — обернулся он к Кириллу Карасеву.
Тот кивнул.
— Лучше не беспокойте его, пока его состояние хоть немного не улучшится, — сердито подвела черту медсестричка.
— Ясно. — Заварзин кивнул и направился к выходу из палаты.
— Подождите. — Карасев поспешил за ним. — Да подождите же! Капитан просил, чтобы вы его дождались! Он сейчас подъедет.
— Тарасик в своем жанре! Пусть мне позвонит. Он знает куда, — проворчал Андрей, который был очень зол оттого, что зря потерял время.
— Скоро одиннадцать… Он обещал… — причитал Кирилл, забегая то с одной, то с другой стороны и заглядывая в лицо спешившему прочь Заварзину. Тот не обращал на него внимания, и, отчаявшись, Карасев схватил детектива за рукав: — Он очень просил задержать вас до его приез…
— За-дер-жа-ать?! Что значит — задержать? — взбесился Заварзин. — Это ты, что ли, будешь меня задерживать? Да я тебя сейчас, сучий хвост, в узелок завяжу!
Чувствуя, что Карасев вцепился в него мертвой хваткой, он немедленно принялся приводить свою угрозу в исполнение, вызвав панику у медсестры, дежурившей на посту, и бурное веселье в рядах прогуливавшихся по коридору пациентов.
— Прекратите безобразие! — закричала на схватившихся мужчин старшая медсестра, выглянувшая из процедурного кабинета. — Милиция называется! Хулиганье! Сейчас доложу начальству…
— Мадам, не беспокойтесь! — отозвался Заварзин, заламывая Карасеву руку. — Сейчас скручу этого недоноска и немедленно прекращу!
Однако лейтенант Карасев отнюдь не был недоноском, он ловко провел контрприем, и детектив растянулся на свежевымытом линолеуме.
— Я тебе покажу недоноска! — проворчал Кирилл, ослабляя хватку.
Этим немедленно воспользовался Андрей. Он сделал подсечку, и милиционер упал с ним рядом.
— Милиция! Милиция! — завопила старшая медсестра.
Охранник, стоявший у двери палаты, в которой лежал Марков, заколебался. С одной стороны, ему запрещалось покидать пост, с другой стороны — надо было навести порядок, с третьей — вмешиваться вовсе не хотелось. К счастью, со стороны двери, которая вела на лестницу, раздался возмущенный возглас капитана Тарасенкова:
— Ты что вытворяешь, Карасев? Обалдел?
— Выполняю ваше приказание, товарищ капитан! — бодро отрапортовал лейтенант, отпустил Заварзина, но так и не встал с пола.
— Ты, Тарасик, охренел совсем? Какого черта на меня своего псенка травишь? Что значит — меня задержать? Я что, преступник? — раскричался Заварзин. Его самолюбие серьезно пострадало в схватке с молодым, крепким и ловким парнем, которого он рассчитывал завалить одной левой.