— Тогда при чем здесь кольцо? — Лиза вскочила. — Постойте! Все правильно — первый и второй! Андрей, если Славик видел не Гарриса, то кого видел ты? Ты же можешь узнать второго? Ведь это был не Боб, правда?
— Был дождь. Темно… Славик столкнулся с подозреваемым нос к носу, а я видел его издалека и только со спины!.. Я не могу утверждать с уверенностью, — отозвался Заварзин. — Хотя мне кажется, что это был все-таки не Гаррис. Тогда кто же? Может быть, Херби? — словно бы в шутку предположил он. — Однако стукнули-то не меня, а Маркова, значит…
— Что? — забеспокоился плейбой, услышав свое имя. — Что-то не так? Я не понимаю… — Он растерянно уставился на Тарасенкова, и тому пришлось перевести ему последние фразы. — Но меня-то уж точно там не было! — Херби ткнул себя пальцем в грудь и старательно замотал головой. — Мистер Заварзин пошутил насчет меня, да?
Капитану пришлось заверить американца, что его никто ни в чем не подозревает, как, впрочем, и Гарриса. Говоря все это, Тарасенков явно кривил душой, и это ясно читалось на его лице.
— Прекрасно, — вздохнул частный детектив. — Остается задать все те же самые вопросы киллеру, а потом заверить милягу, что его тоже никто ни в чем не подозревает.
Лиза решительно подошла к Гаррису и протянула ему руку.
— Я не верю, что вы — убийца! — сказала она. — Вы, Боб, мой адвокат, и я прошу вас не забывать о своих обязанностях.
— Спасибо, — тихо сказал Гаррис, пожал протянутую руку и отвел глаза.
— И вы, Джейк. — Лиза грустно улыбнулась. — Даже ваше вранье не заставит меня подозревать вас. Одно дело — морочить голову глупой, доверчивой девице и совсем другое — убить…
Глава 62
Когда Бет Моргенсон в субботу утром позвонила Херби и сообщила, что находится в номере по соседству, он ей сначала не поверил, но, когда она сказала, что сейчас зайдет к нему, просто лишился дара речи. Шутить подобным образом рыжеволосая красотка не умела.
— Нет! Нет, Бет, дорогая! Я сейчас сам приду к тебе… Не выходи из номера! Тебя никто не видел? — торопливо заговорил он, лихорадочно соображая.
— А кто не должен меня видеть? — агрессивно поинтересовалась Бет. — Почему я должна прятаться?
— Подожди, дорогая… Я… По-моему, я кое-что придумал… Лечу к тебе на крыльях любви!
Немного поразмыслив, Херби решил, что приезд Бет может оказаться весьма кстати, хотя ему теперь и предстоит долго и утомительно доказывать чертовой нимфоманке свою «любовь».
Хозяйка квартиры, которую использовал для наблюдений за Лизой Заварзин, Берта Севастьяновна Слободенюк умудрялась сдавать свое многострадальное жилище, как минимум, дважды в месяц, причем именно на месячный срок. Авантюрный склад ума и постоянная потребность в алкоголе толкали ее на откровенно жульнические поступки. В очередной раз лишившись работы, она придумала новый бизнес. Для начала Берта освободила свою квартиру, переехав к своему давнему воздыхателю — Гавриилу Иегудииловичу Цуцульковскому, страдавшему той же пагубной страстью, что и она. Распродав и рассовав по квартирам приятельниц все, что имело хоть какую-то ценность, она принялась осуществлять свой план: познакомилась с продавцом, торговавшим на рынке дарами юга — лицом, как у нас иногда говорят, кавказской национальности, — и поселила его у себя. Однако он скоро стал намекать, что двести долларов плюс регулярные поборы — хозяйка забегала к нему как бы между прочим и выклянчивала продукты и водку чуть ли не каждый день — многовато за паршивенькую однокомнатную квартиру. Тогда Берта Севастьяновна проявила недюжинный актерский талант: однажды зайдя к квартиранту, она вдруг ни с того ни с сего рванула на себе блузку, так что пуговицы разлетелись во все стороны, ринулась в подъезд и закричала:
— Милиция! Милиция! Меня чечены режут! Хватайте его, он чеченский террорист!
Случилось это летом, когда тема этих самых террористов была особенно актуальной. Гость с Кавказа (отнюдь не чеченец и никак не террорист) плюнул, собрал вещички и поспешил унести ноги.
Берта Севастьяновна вздохнула с облегчением, привела себя в порядок и отправилась… на рынок.
На удивление она умудрялась в перерывах между запоями выглядеть вполне прилично, и очередная жертва легко попалась на ее удочку. Но месяц — это так долго! А деньги почему-то быстро кончаются…
Однако прошел июнь, а за ним июль и август, и ее стали узнавать на рынках. Пришлось искать квартирантов в других местах.
В августе она поселила и с позором изгнала двоих: продавца из ларька, тоже, естественно, не русского, и негра — швейцара какого-то модного ресторана. В сентябре она тоже уже обдурила одного, второй — хитрый, заплатил только за две недели, которые еще не истекли, но сие обстоятельство мало смущало хозяйку. Пора было отсылать его в голубую даль.