Подходить прямо к дому Дэлия поостереглась, кто знает, что за люди здесь живут, юркнула в сарай. Залезла по шаткой лестнице на сеновал и устроилась у щели между досками. Хозяин дома, статный мужчина с бородой до пояса, как раз вышел на крыльцо, встал на верхней ступеньке, крикнул работника, коловшего дрова.
– Брось дрова. Беги в город. Супруге моей скажешь, чтоб без отлагательств запрягала бричку и ехала с дочкой сюда.
– Какую бричку?
– Самую легкую. По лесной дороге ехать придется.
– А с какой дочкой-то, старшей, младшей?
– Со старшей, дурень. Пусть супруга пригласит с собой пару соседок. И священника. Нам огласка нужна.
– Так с лошадью я быстрей до города доскачу.
– Еще чего, с лошадью. Там свои лошади имеются. Ноги есть, до завтра обернешься, скакун.
Хозяин ушел в дом, а работник, сплюнув, вперевалочку направился в сарай, бормоча про себя ругательства и распекая на все лады хитрого хозяина. Из его бормотаний Дэлия смекнула, в чем состояла хитрость. В лесу Рейгона нашел садовник и принес в дом. А хозяин придумал, что можно уложить дочку рядом с ничьим и в полном беспамятстве мужиком, да и выдать замуж по-быстрому. Свидетели найдутся, не отвертится бедолага. Придет в себя или нет, не важно. Да и помрет, тоже неплохо. Будет дочка вдова.
Работник был не согласен с хозяином. Поэтому в город не торопился. Перебрал упряжь, забрался на сеновал, чем очень напугал Дэлию, прикорнул в уголке и захрапел. А Дэлия выждав, спустилась вниз. В усадьбе обязательно должен быть ледник. Она найдет лед, найдет Рейгона и приведет его в чувство. Пусть Рейгон неблагодарный, но Дэлия считала его уже немножко своим и отдавать хозяйской наглой дочке не собиралась.
Соваться в дом с главного крыльца было глупо, это Дэлия понимала. Она надела свою мятую юбку, сойдет за нищенку, если что, в картуз нагребла льда, ледник обнаружился за сараем, и незаметно подошла к хозяйственному входу. Понять бы еще, где Рейгона запрятали.
– Чего тебе? – остановила ее щекастая молодуха, идущая от колодца с двумя ведрами на коромысле.
– Вот, велели льда отнести больному. Чтобы не помер раньше времени.
– Кто велел, лекарь?
– Ну, – Дэлия угодливо открыла и придержала дверь в дом.
– Велели, так неси, у меня своих дел по горло, – молодуха вплыла внутрь и мотнула головой. – Туда иди.
Дэлия заглянула в узкую клетушку без окон. Рейгон лежал на широкой лавке, бледный, лоб в испарине. Даже обувку не сняли, возмутилась Дэлия. Но это было ей на руку. По ее задумке Рейгон должен был очнуться и выйти из дома своими ногами. Рядом с лавкой стояла табуретка, на нее Дэлия положила картуз. В углу клетушки кучей валялись пустые мешки, под ними кто-то шебаршился. Курицы, наверно, чего их бояться. Прикрыв дверь, Дэлия зажмурилась, привыкая к полутьме. Двигаться приходилось на ощупь. Переложив лед из картуза на грудь Рейгону, она взялась за подол рубахи.
Глава 7. Должник
Сильная рука внезапно обхватила Дэлию за талию, другая рука зажала рот. Нападения она не ожидала, забилась, выворачиваясь из плена. Неужели такой огромный мужчина мог спрятаться под мешками? Дверь не открывалась, войти следом он не мог. Ее арестуют и отвезут в тюрьму? Все-таки залезла в чужой дом. Но в коридоре тоже никого не было.
– Что задумала? Если плохое, прибью на месте, – зашипел в ей ухо знакомый голос. Бунк. Дэлия изо всей силы пихнула его локтем. И Бунк убрал руки. Отодвинулся к стене.
– Дурак! – зашипела Дэлия, некогда было думать, как Бунк оказался здесь раньше нее и где прятался. – Испугал ведь насмерть. Рейгону лучше рот зажми, вдруг заорет от неожиданности. Всех в доме переполошит. А его тут уже в мужья определили старшей дочке. Но я сразу говорю, что теперь он мой трижды должник. Даже четырежды, от хозяйской дочки еще я его спасаю. Подтверждаешь?
– Делай, что хотела, – Бунк шагнул вперед и опустил ладонь на лицо другу.
Положив кусок льда на впалый живот Рейгона, Дэлия надавила на лед рукой, читая про себя молитву за здравие. И еще другую молитву, тайную, мамочкину. И слова сильные сказала. Никому Дэлия не признавалась, что знает и магические заклинания, да вот пришлось открыться. Ради государственного преступника, с ума она сошла, не иначе. Нагнулась, приникла ухом к сердцу, прошептала тихонько, но строго: “Очнись! Вставай!” Рейгон дернулся, как от удара плетью, заморгал и сглотнул слюну. Бунк помог ему сесть.
– Четырежды должник! – быстро произнесла Дэлия, касаясь ладонью лба Рейгона.
– Ловкачка, – усмехнулся Бунк, поддерживая друга подмышками. Оба удивились, что встать у Рейгона получилось. – Расплатится, не думай. Мы долги всегда отдаем.