___
Я тогда готовилась к переводным экзаменам в старшую школу и всё свободное время проводила в библиотеке. Как-то совсем припозднилась и глубоко ночью пробиралась в свою комнату на цыпочках, чтобы, не дай боже, тётушка не заметила, что я ещё не сплю. Соседки не расскажут, а вот если кто-нибудь другой увидит, то мне попадёт. Могли запросто лишить прогулок или наказать розгами. А самое страшное – отлучить от занятий. Если такое случится, прощай перевод в старшую школу. А я мечтала поскорее вырасти и покинуть этот дом навсегда.
Пока я тихо пробиралась к себе, в одной из гостиных у камина сидели взрослые и тихо беседовали. Я хотела проскользнуть у них за спинами, как мышка, но не рискнула, и остановилась, выжидая, что они будут делать дальше. Так получилось, что случайно подслушала их разговор. Тётушку я узнала по голосу, а вот её собеседника нет, так как он молчал, и я даже не знаю, мужчина сидел во втором кресле, или женщина.
– Я настаиваю, чтобы Анна вышла замуж за Долгорукова. Это будет блестящая партия. А мы получим доступ к серебряной линии. Ты представь, какие возможности открываются? Сколько магии у них в роду! Мы сможем претендовать на наследство. Главное, не пиши об этому Генриху. Помни про ищеек. Если узнают, нам никогда не встать на одну линию с Долгоруковыми.
Мне стало очень страшно подслушивать дальше, скрываясь за занавесью. Я поспешила вернуться в библиотеку и просидела там тихонечко ещё час в ожидании, когда все уж точно улягутся. Мне хватило времени обдумать то, что услышала. И с тех пор я ёще больше сократила круг общения. Не приведи боже, скажу что-то не то, тётушка узнает, и лишит меня права самой выбирать будущее.
___
После уроков Ольга потащила меня в игровую. Мы снова уселись за шахматы.
– Давай, Е2-Е4. Твой ход.
– А я пойду конем, – сказала и переставила фигуру.
Над доской нависла тень. Я подняла глаза. Андрей Дмитриев стоял рядом и наблюдал за нашей игрой.
– Можно потом мне сыграть с Феодорой?
Ольга посмотрела на меня, широко раскрыв глаза и намекая на ответ. Я молчала.
– Конечно! – не выдержала она. – Хочешь, я уступлю тебе?
– Хочу, – согласила Андрей.
Мне было все равно с кем играть в шахматы, ведь во время партии не обязательно разговаривать, и можно делать вид, что думаешь. А в мыслях у меня было лишь то, как отделаться от этого ненужного сватовства.
Я выиграла. Или он поддался? Это не имело значения. Я понимала только, что не хочу с ним встречаться. Он не нравился мне ни внешне, ни внутренне. Навязчивое внимание, противно сдвинутый на спину ворот камзола, весь он был какой-то по-детски неуклюжий и примитивный.
– Феодора, ты уже научилась азам магии? – спросил он после игры и протянул мне руку, предлагая облокотиться.
Я же демонстративно обошла его, не желая дотрагиваться.
– Вполне, – ответила кратко.
– Хочешь, я подтяну тебя до следующего уровня. Ольга, подтверди, я в этом ас?!
– Да, подтверждаю, подтверждаю, – подруга активно закивала.
Ольгин повтор меня покоробил. Тётушка Элизабет обожала повторять всё по два раза, будто с первого её не понимали.
– Спасибо! Я как-нибудь сама.
– Андрей, ты можешь называть её Фредерикой, – Ольга подтолкнула парня ко мне.
– Нет! Не может. Я Феодора!
Впервые я была рада своему новому имени. Ведь Андрей мне не друг, чтобы называть меня настоящим.
На этих словах Андрей поклонился и ушёл.
– Зря ты так! Наживешь себе врага! – возмутилась Ольга и побежала за ним.
Я пожала плечами. Да какой из Андрея враг? Если бы она знала, что мне пришлось пережить в прошлом, то не пугала бы сущими пустяками.
Свою историю я никому не рассказывала. Просто говорила, что сирота, потому тётушка и взяла меня в свой дом. Таких, как я, здесь было много. Дети обладали слишком слабым магическим даром, так что все ссоры заканчивались ябедничеством и наказанием от тётушки. Кровных врагов ещё никому не удавалось нажить, ну или просто я о таких случаях не слышала.