– Поймем ко мне на ручки! – улыбаясь, я обняла теплую тушку.
– А как его зовут?
– Позже вам все расскажут. Пройдите, пожалуйста, для оформления.
Я не стала спорить, открыла нужную дверь и на миг ослепла от обилия ударившего в глаза света. А когда проморгалась – едва не лишилась чувств.
Передо мной открылась декорация к средневековому фильму. Площадь, выложенная грубым булыжником. В центре колодец. Возле него в тени лежали два тощих пса. На площади пара подростков пинали камень друг другу. Коричневые штаны, изрядно потрепанные у обоих, едва доходили до щиколоток. Сверху накинуты серые рубахи, больше напоминающие грязные мешки. А на ногах и вовсе нет обуви. Мальчишки бегали босиком.
Мимо них прошла миловидная женщина в платье с юбкой в пол. «Она же подолом всю грязь соберет». Платье напоминало сарафан: без рукавов, на широких бретелях, присборенное под грудью. Под платье была надета серая рубаха, на голове серый же чепец. На согнутой в локте руке женщина несла плетеную корзину.
Дальше – больше. Откуда-то появилась повозка, запряженная тощей лошадкой. На вознице была смешная шляпа пирожок, да еще и с пером, серые штаны и такая же рубаха.
Вокруг площади стояли каменные неказистые двухэтажные домики с покрытыми керамической черепицей крышами. На первых этажах шла ленивая торговля. Люди в старинных одеждах подходили, разглядывали товар, обменивались приветствиями и новостями и следовали по своим делам.
Но какая же удушающая жара! Мне в легком пуховике было невыносимо дышать. Да еще и кот оказался тяжеловатым.
Недолго думая, я повернулась, чтобы шагнуть обратно, и уткнулась в глухую стену. А дверь где? Я же только что через нее вышла? Что происходит?
И только тут я обратила внимание, что вместо пуховика, темных брюк и ботинок на мне надето такое же платье-сарафан, которое было на женщине! Платье! Не может быть! Я не верила своим глазам! Ну, хорошо, даже если я сошла с ума, не могло же это случиться в один момент. Так не бывает!
Мозг судорожно искал ответы на то, что видели мои глаза. И не находил. И тут я окончательно лишилась дара речи, потому что увидела свои руки. Длинные пальцы, белоснежная кожа, тонкие запястья. Это не мои руки! Видно же, что кожа молодая, упругая. Эти руки принадлежат кому-то другому – не мне. Но как тогда я ими держу кота?
– Долго стоять собралась?
Я вздрогнула всем телом от ехидного, чуть хрипловатого голоса и стала озираться по сторонам. Но рядом никого.
– Кого ищешь? Пойдем с наследством знакомиться, – сказал тот же голос.
Я опустила взгляд на кота. Он натурально вздохнул и отвернулся. Не может быть! Говорящий кот?!
– Ты? – прошептала я, потому что горло перехватило от увиденного.
– Сама же согласилась принять наследство. Ох, говорил я, что ты туповата. И лучше бы другую поискали, да не послушали они меня.
Я вообще перестала понимать происходящее. Чужое тело, говорящий кот и Средневековье! А может, это сон? А может, я умерла?
– Тебе надо до полудня вступить в наследство. Не стой пнем, иди уже, – начал злиться кот.
– А куда идти-то?
Пусть это сон. Надо играть в предложенную игру воображения. Разве еще недавно не я ли страстно желала приключений?
– Оглянись. Повсюду лес. Это и есть твое наследство. Иди в любую сторону, – вздохнул кот и отвернулся. Но мне показалось, что он тихо ругнулся на мою нерасторопность.
Я подняла голову и осмотрелась. Действительно. Средневековый городок располагался в низине, а его обступал вековой лес.
Глава 2
От стены было страшно оторваться. А вдруг люди признают во мне пришлую? Я снова принялась разглядывать платье. Серое, будто из некрашеного льна, и присборенное под грудью. А под него надета рубашка с рукавами, закрывающими запястья. Примерно такое же, как и у других женщин. Через плечо была перекинута густая длинная коса пшеничного цвета. Я подергала – боль свидетельствовала о том, что волосы растут из моей головы. Назвать их своими язык не поворачивался. У меня короткая модельная стрижка. А тут такое роскошество!