Вьюн разом «опал» на землю, и я облегченно выдохнула.
Меня знатно потряхивало. Но, сжав кулаки, я старалась «держать лицо» и не кинуться наутек. Все должно быть естественно.
– Нет у нас столько монет. Вот тебе, – вернувшийся страж ворот подал мне два мешочка. – Ты завтра дойди до нас. Я наказал, соберут остальные.
– Благодарю, – я слегка улыбнулась в ответ и, сложив монеты в мешок, двинулась к воротам.
Вонь, многоголосье людей. Суета. Каждый норовит проскочить, конные прокладывают путь ударами хлыста, но хоть по воздуху. Но нарываться не стоит. И все это сопровождается жуткой жарой. Так встретил меня этот город.
Дома все каменные. Яркое южное солнце успело здорово их нагреть за день. И сейчас, в середине дня, зной стоял нестерпимый.
А еще я потеряла из виду тех двух попутчиц, что собирались отправиться на рынок. И в этой толпе, сколько не высматривала их серые чепцы на головах, не видела.
Ну пусть так. В конце концов, про рынок можно и у прохожих спросить. Надо только поскорее выбраться из толчеи. Но это было не так-то просто, потому как организованного движения, правостороннего или левостороннего, здесь не существовало. Каждый пытался обогнуть другого и занять свободное место.
Но в итоге я приловчилась идти вдоль стены. Да, люди толкали, и приходилось уворачиваться. Зато подальше от коней и карет.
Постепенно я начала замечать, что поток людей редеет. Многие сворачивают в улочки, направо и налево. Но основная масса неуклонно движется вперед. А что, мне-то, по сути, без разницы, куда идти. Вот и буду держаться толпы. Главное, отслеживать направление, чтобы найти обратную дорогу. Для этого я несколько раз обернулась, чтобы запомнить вид улицы с обратной стороны.
Вскоре впереди замаячил просвет, и толпа высыпала на открытое пространство, где кипела торговля. Что-то продавали с телег, но так торговали в основном по краям рынка. Другие разложили свой товар прямо на земле, причем все вперемежку. Вот орет скотина в загоне, а рядом предлагают глиняные горшки различной формы. Чуть подальше рулоны ткани. А рядом с ними краснобокие сочные томаты.
И вокруг суета, шум, бегают и толкаются подозрительного вида мальчишки. Вот дама в дорогой одежде в сопровождении двух крепких мужчин и служанки брезгливо осматривает домотканые коврики. Торговец «заливается соловьем», расхваливая свой товар, а госпожа только пуще морщится.
Страх быть раскрытой отступал. На мой взгляд, я прекрасно влилась в толпу местных жителей. Но тут я услышала недовольный голос рядом с собой.
– Совсем всякий страх перед Всевышним потеряла.
Повернув голову, я увидела старушку, злобно выговаривающую и в упор смотрящую на меня. Взглядом «мазнула» по ее товару. Горки бурых засохших лепешек. Я даже на мгновение «зависла», пытаясь определить их назначение.
– Чего вылупилась? Или покупай, или пошла отседова. Не загораживай товар, – сплюнула старушка, смерив меня презрительным взглядом.
– А что это такое? – из любопытства отважилась я спросить. И не прогадала.
– Ты из далекого края, штоль? – прищурилась старушка, и как будто гнева в ней поубавилось.
– Да, издалека. А как вы узнали?
– Высушенный навоз это, для растопки. Да видно, там, откуда ты, про такое дерево и не слыхивали? А еще голова у тебя не покрыта. А женщине нельзя на люди появляться так. Волосы прятать надобно.
Я схватилась в испуге за голову и оглянулась. Ужас! Действительно, волосы всех женщин, на кого я смотрела, были убраны под чепец. Даже у знатной барышни завязаны цветастой тряпкой в виде тюрбана.
– Ой, а как же сейчас? Где можно купить чепец?
– Все бы им покупать. Нако вот, – бабуля достала откуда-то из складок серых одежд чепец. По-видимому, оона кончательно смягчилась.
Я поблагодарила и торопливо начала напяливать его на голову.
– Не так. Поди ближе, сама выправлю, – подозвала она.