Меня поразило обилие цветов вдоль дорожек. Они росли хаотично: рядом с розами цвели простые оранжевые соцветия. Благоухали высокие малиновые цветы, названий которых я, конечно, не знала. Чуть дальше росли идеально подстриженные кустарники. Куда бы ни падал взгляд, везде были цветы. Казалось, художник брызнул на полотно разноцветной палитрой, и из хаоса родилось что-то по-настоящему великолепное.
Среди цветочной вакханалии притаились низкие, словно сказочные фонарики. Я на секунду замерла, любуясь этой красотой, прекрасной в своей простоте. Вдали, сверкая огнями, манила в свой уют небольшая беседка.
- Нравится? — вежливо поинтересовался Антон.
- Я ответила кратко: «Очень мило», хотя на самом деле мне хотелось искренне восхититься.
-Это мамино детище. Иногда ей помогает наш помощник — он и садовник, и по дому что-то делает. По-моему, цветы высажены слишком хаотично. Я бы разделил их по видам. Только не говори маме, прошу тебя, — добавил Антон.
Надо же, моя бездушная машина боится огорчить маму.
— Хорошо, это останется нашим маленьким секретом, — я улыбнулась и прижалась к нему.
Антон обнял меня за плечи и поцеловал в губы. Я заметила движение на втором этаже, но когда посмотрела наверх, балкон оказался пустым.
В прихожей нас ждали родители Антона. Я впервые увидела человека, которого столько лет ненавидела.
Андрей Солнцев оказался высоким и слегка полноватым мужчиной средних лет. Его темные волосы тронула седина, а уголки губ опущены вниз, когда он улыбнулся, в уголках глаз появились морщинки. Взгляд его был теплым, и он осторожно пожал мне руку. Я удивилась, ведь думала, что Антон унаследовал от отца свой ледяной взгляд.
Рядом с ним стояла высокая, стройная женщина. Мама Антона, очень красива. Её круглое лицо с голубыми глазами контрастирует с тёмными волосами, уложенными в аккуратную причёску. Передние пряди мягкими волнами спадают на лицо.
Антон положил руку мне на талию и мягко подтолкнул вперёд.
- Катерина, познакомься, мой отец Андрей Викторович и мама Мирослава Сергеевна. А это моя Катерина. Катерина Мороз. — Я заметила, как у его мамы дрогнула рука, но она вышла вперёд и ласково мне улыбнулась.
Только сейчас я заметила, что щеку Мирославы пересекает уродливый шрам. Она взяла под руку мужа и произнесла:
- Мы рады знакомству. Катя, по секрету скажу, ты первая девушка, с которой нас познакомил Антоша. Она перевела взгляд на сына, и я увидела, как он из серьезного мужчины превращается в обычного парня. Вот это перемены!
- Может, пообедаем на кухне? Там уютнее и по-домашнему, — Мирослава поправила выбившуюся прядь волос и потянула мужа за собой. Он оторвался от меня, оценивающе взглянул и жестом пригласил меня пройти вперёд.
Я ждала чего угодно в этом доме: но точно не уютной и расслабляющей атмосферы. Родители Антона постоянно перекидывались шутками, Мира так искренне хохотала, что я не могла сдержать улыбки. Темы сменяли одна другую, я рассказала немного о себе, обсудили сад, последние кинопремьеры.
Я понимала, что все это лишь маски. Они, вероятно, сотни раз ужинали с моим отцом в такой же обстановке, но это не остановило их от того, чтобы избавиться от него, когда он перестал быть им нужен.
- Катя, кем работают твои родители? У тебя довольно редкая фамилия, — заметил Солнцев.
- Моя фамилия досталась мне от прабабушки, — сказала я спокойно. — Родители родились в России, но вскоре после свадьбы уехали в Англию. С детства я носила фамилию Форбс. Мама — предприниматель, у неё есть магазин одежды. Отца давно нет, я его почти не помню. Он был инженером.
- Прости, наверное, это болезненно для тебя, — проговорил Андрей Викторович, опустив взгляд в тарелку.
- Я понимаю ваш интерес, — ответила я с дружелюбной улыбкой, хотя внутри меня всё дрожало.
— Мам, а где Артем? Я думал, они с Машей тоже придут на ужин, — спросил Антон, задумчиво глядя в тарелку с салатом.
- Маша не смогла приехать, какие-то срочные дела, а Артем должен уже быть дома, но ты же знаешь своего брата, — Мирослава пожала плечами.
- Снова пишет свое гениальное приложение, — хмыкнул Антон.
Андрей с пониманием улыбнулся сыну, а Мирослава нахмурилась. Я почувствовала, что назревает ссора, и вышла из-за стола под предлогом подышать свежим воздухом. Антон молча проводил меня на балкон, а затем вернулся к родителям.
Подойдя к стеклянным перилам, я удивлённо осмотрела пространство между полом и перилами. У них явно нет маленьких детей и домашних питомцев. Кот вполне мог улететь в такую щель и выпасть со второго этажа. Я опасалась высоты, поэтому приблизилась к краю с большой опаской. Спустя пару минут я всё же расслабилась, ноги снова заныли от высоких шпилек. Недолго думая, я сняла их и отодвинула в сторону. Холодный мрамор коснулся уставших стоп, и я едва не застонала от удовольствия.